В его взгляде я вижу столько надежды и мольбы, что позволяю себе задуматься над таким вариантом. Вдали от детей, от добровольно навязанного себе комендантского часа меня ждет ночь, полная музыки и приключений.
– Давай я обсужу это со Стюартом, – отвечаю я, и мой голос звенит от волнения.
– Конечно. И я поговорю с Дианой. Но я уверен, что она не будет против. Она встречается с новым парнем, о котором трещит без умолку. – В голосе Скотта я улавливаю нотку отвращения, когда он говорит об этом. Я озадаченно смотрю на него, и он поспешно добавляет: – Значит, она тоже будет в восторге от того, что я на кого-то запал.
Я хочу еще раз услышать эти слова, поэтому притворяюсь, что не поняла его:
– А ты что, запал на меня, да?
– Молли, – на выдохе произносит он, и от того, как емко и многозначительно звучит одно лишь это слово, у меня голова идет кругом. – Ты себе даже не представляешь, как я попал. – И в подтверждение словам он снова накрывает мои губы своими.
Пока я ехала домой на такси, я все время думала об этом поцелуе. Дело не только в губах Скотта, которые так нежно сминали мои. Дело еще и в том, как его руки обхватывали мой затылок и как наши тела прижимались друг к другу. И есть еще кое-что. Если бы поцелуй был танцем, то я не сказала бы, что Скотт вел нас, но он и не был ведомым. Или, может быть, он настолько в этом хорош, что я не смогла разобрать, кто в этом тандеме ведущий. Он как будто предвидит, куда потянутся мои губы, как будет двигаться мой язык, и уже поджидает меня там, в неожиданном и неизбежном месте одновременно.
Поезд с грохотом проносится мимо, когда мое такси переезжает Манхэттенский мост. Я возвращаюсь в реальность. Если я собираюсь поговорить со Стюартом о встрече со Скоттом во время моей конференции, то лучше сделать это как можно скорее. И, может быть, стоит обсудить этот вопрос даже сегодня вечером.
Когда я возвращаюсь домой, то нахожу Стю за работой в студии. Я стою у двери и смотрю на него. Он сидит, немного наклонившись вперед, его руки порхают над клавишами пианино. Взгляд супруга устремлен на экран перед ним, а тело движется в ритме музыки, льющейся через наушники.
Мой муж.
Сейчас я взглянула на него по-новому. Творец. Кормилец. Человек, который на своем страстном увлечении музыкой сумел построить бизнес. Он занимается любимым делом. На протяжении многих лет я обижалась на преданность Стюарта своей работе. Его истинное призвание было моим заклятым врагом, конкурирующим со мной за внимание супруга. Но теперь мое сердце переполняется нежностью и благодарностью к нему, к тому, кто он есть и что он делает.
Наряду с этим чувством во мне зарождается идея. Возможно ли, что, будучи счастливой с другим мужчиной, я люблю своего мужа больше, а не меньше? Я не могу объяснить, как это работает, но чувствую, что доказательства уже собираются внутри. Сейчас я словно тигель, в котором волшебные ингредиенты объединяются вместе, чтобы расплавиться и создать нечто новое.
Сегодня четверг. Скотт присылает сообщение, после того как заселяется в свой номер в соседней гостинице. Когда я спросила Стюарта, как он отнесется к этой идее, при этом заверив его, что это не будет полноценной совместной ночевкой, муж демонстративно закатил глаза.
– Молли! Ты серьезно? Просто позволь бедному парню спокойно поспать!
– Правда? А ты не будешь возражать?
– Я имею в виду, что это правило в основном рассчитано на наших детей. Верно? А если ты в рабочей поездке и у тебя уже есть мое одобрение, то я не думаю, что совместная ночевка такая уж большая проблема.
– Да, наверное
– Как хочешь. Но не беспокойся обо мне. Просто развлекайся.
Я иду на парковку, а гитара в чехле висит у меня на плече. Ловя на себе заинтересованные взгляды участников конференции, я ликую. Подъезжая к отелю, тянусь к телефону, чтобы написать Скотту, но вижу, что он уже стоит у входа, затягиваясь сигаретой, и выглядит еще более нервным, чем я. Опустив окно, я машу ему рукой.
– Привет, красотка, – произносит он, слабо улыбаясь.
– Привет, Скотт, – здороваюсь я. Он опускается на пассажирское сиденье. Стюарт любит водить машину. Как и мой отец. Возможно, это первый раз со времен курсов вождения, когда со мной в машине едет мужчина как пассажир. – Все хорошо?