Мы не говорили об этом, мама

Отличницей я больше не была ни разу. Я поняла, что до маминого идеала я не дотяну никогда! Так чего надрываться?! Лучше отдыхать и веселиться. Сейчас я, конечно, стараюсь держать себя в условных килограммах… Плохо получается. Обожаю готовить и обожаю есть! Если набираю лишнее, то ловлю мамин укоризненный взгляд на моей талии или попе. И сразу – прыг – в чувство вины и долго не выныриваю. Смешно, конечно, но и сейчас, будучи запятидесятилетней девочкой, стараюсь при маме съесть поменьше. Ну, чтоб быть хорошей худосочной дочкой. А мама-то беспокоится. Наконец-то дождалась: мама хочет, чтобы я поела! «Почему ты никогда у меня не ешь? Не знаю, чем тебя угостить. Ты всегда сыта, когда к нам приезжаешь!» Ну как ей это рассказать? Да я лучше язык проглочу, чем поделюсь этим с мамой! Она-то уверена, что поступала так из любви. Ах, эта многогранная мамина любовь… Хотя кто знает… Может, благодаря этому маминому «пунктику» с едой я не участница программы «Я вешу 300 кг» и не сломала ни одного ребра ни одному мужчине? Как знать…

Не боги горшки обжигают

Анастасия, 47 лет, финансовый сотрудник

Может быть, для меня пришло время поразмышлять и понять, о чем я говорю или о чем не говорю с моей мамой. И как это влияет на мою жизнь. Не говоря уже о том, что я и сама мама уже взрослой дочери. Может, окунувшись в эти размышления, я смогу понять лучше и себя, и свою дочь. А может, этот процесс откроет что-то совершенно новое, о чем я сейчас и подумать не могу. Получается, что цель у меня очень эгоистичная – покопаться в себе…

О чем я молчу с моей мамой. О чем я молчу с моей мамой?

Очень непросто начинаю писать. Эссе занимает мои мысли все последнее время, но никак не могу начать. Не знаю как. Непросто. Я и сейчас не знаю, что же из всего этого получится.

Мысли роятся и роятся. Мысли, воспоминания, эпизоды разных эпох. Детство, молодость, зрелость. Удивительно, сколько пластов памяти переворошил один-единственный вопрос!

Я даже не заметила, как вопрос «О чем я молчу с моей мамой?» в процессе трансформировался и я стала внутренне искать ответ скорее на вопрос «О чем я не могу говорить с моей мамой?». А после вопрос изменился еще раз и превратился в следующий: «О чем я не хочу говорить с моей мамой?» Или даже в вопрос не про то, о чем не хочу, а про то, о чем просто не говорю. А может, не хочу, потому что не могу? Может, «не хочу» прячет истинную причину, в которой я себе и не признаюсь? А может, «не хочу», потому что не знаю для чего? Что мне принесет разговор? Для чего он мне?

Мне почти пятьдесят лет, моей маме – за семьдесят. Она очень активная, современная, интересуется новыми технологиями, освоила «умный телефон», крайне уверенно общается с компьютером. Много читает. Маме интересно все. Ее любопытство, часто граничащее с детским, всегда вызывает нежную улыбку. Мама никогда не скучает, всегда при деле. Даже в какой-нибудь долгой скучной очереди займет себя: станет наблюдать за людьми, пытаясь представить себе их судьбу, историю находящихся рядом. Мама любит нас, детей, и всех внуков. Любит женским материнским сердцем. Мама любит жизнь! Мама любить жить! Мама создала свой мир, в котором живет и делает все, чтобы находить в нем радость. Так, как ее научила жизнь.

Принимаясь за эссе, я вообще не понимала, о чем я молчу с мамой. Казалось, нет такой темы, о которой я не смогла бы поднять разговор. По крайней мере, так казалось. Погружаясь в размышления, будучи предельно откровенной сама с собой, добираясь до глубин своей души, я осознала, что есть, есть такая тема, о которой я не могу говорить с мамой. Это мои обиды на маму. Моя злость. И даже осуждение.

Думать о том, что во мне живут подобные чувства, ужасно. Но это честно. Будучи ребенком, я воспринимала маму святой. Все, что она делала, было правильным по определению. Мне и в голову не могло прийти, что мама могла бы сделать что-то не так. Мама была Богиней, Единственной, Совершенной.

Жизнь это видение изменила. Взрослея, познавая себя и мир вокруг, проживая свою собственную жизнь, я пришла и к новому пониманию того, что происходило со мной в детстве. Многое я переосмыслила, а что-то и просто получило оценку. Давно произошедшее видится теперь в новом свете. Именно поэтому я чувствую злость, обиду и даже осуждение. Эти чувства появились спустя годы после событий, с которыми они связаны. Спустя годы в голове возник вопрос: «Мама, как ты могла так поступить?»