Мы не говорили об этом, мама

Отчуждение и холодность, закрытость и редкие объятия было нормой в нашей семье. Мама дарила любовь и нежность своим мужчинам, но не детям. Но я до сих пор сохранила воспоминания разговоров за чаем с земляничным вареньем со своей старшей сестрой. Сейчас мы с ней не обсуждаем, что чувствуем, а в детстве были разговоры по душам.

Когда мамы не стало, ее внезапная смерть случилась в 1995 году, мне только исполнилось четырнадцать, мама не дожила месяц до сорока трех лет. Сказать, что я ощутила пустоту, одиночество, страх – нет. Моя жизнь продолжалась. Конечно, я искала в памяти те редкие моменты нашей близости, наши разговоры. Это были жемчужины, которые я собирала на нитку.

Уже в более взрослом возрасте я начала анализировать, сопоставлять, приходить к выводам. Ведь эта родительская нелюбовь отпечаталась на многих аспектах моей жизни. А проведенный анализ показал, что вместо отношений я всегда получала лишь боль, одиночество, обиду и непонимание.

Даже приходя на ее могилу (это случается редко из-за того, что я живу за пределами России), я не могу ее ни о чем спросить, не могу ничего рассказать, у меня нет той привычки – делиться событиями и чувствами с мамой. А научиться не представляется возможным.

Она была мамой троих детей и каждого из нас оставила несчастным. И кажется, что из нас троих я самая «везучая». Я не шучу, не преувеличиваю. Из всех детей я получила любви больше, чем мои брат и сестра. Я боюсь задуматься о боли, которую испытывают они. Я не могу понять и принять решение моей мамы в момент развода с моим отцом: по решению суда брат остался с отцом. Ему было пять или шесть лет. Брат никогда не приходил к нам. И я не знаю, навещала ли его мама. Осуждаю ли я ее с высоты своего возраста? Да! Простила ли я ее? Нет. Этот груз, эта тяжесть идут со мной рука об руку, как шла бы мама.

Моей дочери сегодня, 20 сентября (именно в этот день очень актуально прошлое, которое так тесно связано с настоящим), исполняется шесть лет. Это уже большой человек, который сохранит воспоминания. У нее уже есть свое восприятие, отношение и мнение.

Да, я задаюсь вопросом: похожа ли я на свою мать в роли мамы? Ответ, думаю, очевиден. Я похожа. Правда, я учусь быть другой. Точнее, моя дочь учит меня дарить объятия как можно чаще, дарить утренние поцелуи и искренне отвечать: «Я тоже тебя люблю!» Эта элементарная близость делает счастливым каждого ребенка и взрослого. Нашу с мамой историю не переписать, не изменить, зато в моих руках другая история, где я в роли мамы!

Мама: «Мне это неинтересно»<a type="note" l:href="#n_1">[1]</a>

Тамара, 33 года, специалист по консалтингу в сфере высшего образования

Мы не выбираем детство, но можем выбрать, что делать с его последствиями.

Говорят, в Питере всего четыре солнечных дня в году, а недоброжелатели добавляют, что в остальные 360 дней над городом носятся дементоры[2]. Немудрено, что я чувствую нерушимую связь с этим городом: питерская погода – лучшая метафора для моего детства, над которым, невидимая для постороннего глаза, реет дорогая мамочка-дементор.

Пролог

Дорогая мамочка, наверное, не всегда была де- ментором. В мифически представленные в ее рассказах советские времена она была мажоркой, с папой – ученым генералом и мамой, тусящей в компании личной портнихи в ГУМе в свободное от астмы и больниц время. Да, еще у дорогой мамочки была старшая сестра – моя дорогая тетка. Старшая сестра, судя по язвительным комментариям, была лучше дорогой мамочки во всем – умнее, ярче, целеустремленнее, да и людям дорогая тетка всегда нравилась больше.

При советской власти дорогой мамочке жилось в общем-то довольно сносно: три заваленных, несмотря на репетиторов, вступительных экзамена в художественный вуз, снятые на деньги и связи родителей квартиры в центре Москвы, азартные игры и эпатировавшие простую советскую публику русские народные наряды. Да, не ученая степень, как у старшей сестры, но к творческим людям какие могут быть вопросы? Да, поклонников меньше, чем у старшей сестры, но зато только красавчики! В общем, все было бы отлично, если бы не статья за тунеядство[3]. Дорогая мамочка богобоязненно относилась к УК РСФСР и превентивно родила меня. Собственно, поэтому родилась я. Такое заслуженное пособие по безработице.

Конечно, дорогая мамочка не ожидала, что дети требуют внимания и заботы. Поэтому от богемной жизни и съемной квартиры в центре она сразу переехала обратно к родителям в элитный, но совсем не богемный военный городок в Подмосковье. И это был нокаут! Вместо ночных партий в преферанс – младенец, вместо кофе с утра в кафе… ну тут бабушка варила, ладно, но все равно не то, конечно; вместо кино и выставок – опять младенец. Хотя все бытовые заботы обо мне дорогая мамочка перепоручила бабушкам, она все равно неистово страдала: по ее словам, это было худшее время в ее жизни, она удалялась в лес и весьма натурально выла с тоски.