Наш общий друг. Часть 3

— Ага! вы смекнули-таки, что отношенія кончены? За это хвалю! — подхватилъ съ лукавой усмшкой мистеръ Боффинъ. — Но вамъ не удастся, мой милый, забжать впередъ. Смотрите-ка, что у меня въ рук. Это ваше жалованье: я даю вамъ расчетъ. Не вы отказываетесь, а я вамъ отказываю. Зарубите это себ на носу.

— Для меня это не иметъ значенія, такъ какъ я все равно ухожу, — сказалъ секретарь, сдлавъ рукой такое движеніе, какъ будто онъ отмахивалъ въ сторону этотъ пунктъ.

— Для васъ не иметъ значенія? Не иметъ? А для меня иметъ, позвольте вамъ сказать, — продолжалъ мистеръ Боффинъ. — Допустить, чтобы изобличенный нахалъ самъ попросилъ расчета — это одно, а расчитать его за нахальство и за то, что онъ къ хозяйскимъ денежкамъ подбирался, — другое… Старуха, ты не мшайся. Молчи!

— Вы все мн сказали, что хотли сказать? — спросилъ секретарь.

— Не знаю, все ли… это зависитъ…

— Подумайте хорошенько, не найдется ли еще какихъ-нибудь сильныхъ выраженій, которыми вы желали бы осчастливить меня.

— Подумаю, когда самъ захочу, а не по вашей указк,- упрямо возразилъ мистеръ Боффинъ. — Вы хотите, чтобъ за вами осталось послднее слово. Но это мы еще посмотримъ.

— Нодди! Нодди! Ради Бога, перестань! — взмолилась бдная мистрисъ Боффинъ, не слушаясь запрещенія.

— Старуха! — обратился къ ней супругъ, но, впрочемъ, не грубо. — Если ты не угомонишься, когда тебя просятъ, я посажу тебя на подушку и вынесу изъ комнаты… Ну, Роксмитъ, что вы хотли сказать?

— Вамъ, мистеръ Боффинъ, ничего. Но миссъ Вильферъ и вашей доброй супруг я хочу сказать кое-что.

— Такъ говорите, да поскоре, а то вы и такъ намозолили намъ глаза.

— Я мирился съ моимъ ложнымъ положеніемъ въ этомъ дом, чтобы не разлучаться съ миссъ Вильферъ, — заговорилъ секретарь. — Быть подл нея — это изо дня въ день вознаграждало меня даже за незаслуженныя униженія, которымъ я часто подвергался у нея на глазахъ. Съ того дня, какъ миссъ Вильферъ отвергла меня, я, какъ мн кажется, ни однимъ словомъ, ни однимъ взглядомъ не напомнилъ ей о своихъ чувствахъ. Но моя привязанность къ ней не измнилась, разв только въ томъ отношеніи… надюсь, миссъ Вильферъ извинитъ то, что я сейчасъ скажу… въ томъ отношеніи, что она стала глубже прежняго и иметъ больше основаній.

— Когда этотъ господинъ говорить: «миссъ Вильферъ», онъ разуметъ фунты, шиллинги и пенсы, замтьте это! — перебилъ его мистеръ Боффинъ, лукаво подмигнувъ остальнымъ. — У него «миссъ Вильферъ» означаетъ фунты, шиллинги и пенсы — ха, ха, ха!

— Мое чувство къ миссъ Вильферъ такого рода, что мн незачмъ стыдиться его. — продолжалъ секретарь, не удостаивая вниманія этотъ перерывъ. Я люблю ее и говорю это прямо. Куда бы я ни пошелъ, разставшись съ этимъ домомъ, передо мной будетъ безотрадная жизнь, когда я потеряю ее.

— То есть фунты, шиллинги и пенсы потеряю, докончилъ мистеръ Боффинъ въ вид комментарія, подмигнувъ еще разъ.

— Я не ставлю себ въ заслугу того, — продолжалъ секретарь, попрежнему не слушая мистера Боффина, — что я неспособенъ на мелкій разсчетъ и ни на какую мелкую мысль по отношенію къ миссъ Вильферъ, ибо рядомъ съ ней теряетъ цну всякое богатство, о какомъ только я могъ бы мечтать. Если бъ она была величайшей въ мір богачкой и стояла на самой высокой ступени общественной лстницы, для меня это было бы важно только тмъ, что еще больше отдалило бы ее отъ меня и отняло бы у меня послднюю надежду. Если бы она однимъ своимъ словомъ могла лишить мистера Боффина всего его состоянія и завладть имъ, — прибавилъ онъ, глядя своему хозяину прямо въ глаза, — она и тогда не стала бы дороже для меня.

— Ну что, старуха, какого ты теперь мннія объ этомъ молодчик? — спросилъ мистеръ Боффинъ съ дерзкой усмшкой, повернувшись къ жен. — Ловко истину возстановляетъ, правда?.. Лучше, впрочемъ, не говори, что ты думаешь, мой другъ, потому что я не хочу, чтобъ ты вмшивалась, а думай про себя. А что онъ тамъ толковалъ насчетъ моего состоянія, то головой ручаюсь, что онъ никогда бы на него не польстился, имй онъ даже полную возможность прикарманить его.

— Нтъ, не польстился бы, — твердо сказалъ секретарь, снова взглянувъ ему прямо въ глаза.

— Ха, ха, ха! — захохоталъ мистеръ Боффинъ. — А самъ-то ужъ подбирался къ нему!

— Меня прервали, и я отвлекся въ сторону, — сказалъ секретарь, отворачиваясь отъ него и обращаясь къ дамамъ. — Мн остается сказать очень немногое. Я заинтересовался миссъ Вильферъ съ той минуты, какъ увидлъ ее, врне, я интересовался ею еще раньше, слыша о ней. Мои чувства къ ней, въ сущности, и побудили меня искать встрчи съ мистеромъ Боффиномъ и проситься къ нему на службу. Миссъ Вильферъ не знала этого до сихъ поръ. Я и теперь упомянулъ объ этомъ лишь въ подтвержденіе того (хоть это и не нужно, я надюсь), что я неповиненъ въ тхъ подлыхъ разсчетахъ, какіе приписываются мн.