Наша музыка. Полная история русского рока, рассказанная им самим

Нас вежливо попросили не исполнять. Нас предупредили, что, в общем, зачем вам эти проблемы? Потом все равно исполните. А пока не надо. Ну, что нам оставалось делать? Программа у нас уже была готова, мы долго репетировали и вообще старались. Нам стало как-то обидно, и мы просто решили не менять программу. Тут не было какого-то героического пафоса. Более того: сперва очень многие решили поступить так же (не буду поименно перечислять). Да только во время выступления они свои песни все-таки убрали, а мы исполнили. Вот поэтому мы и получили наказание и не стали лауреатами, зато концерт прошел очень хорошо.

Песня «Выйти из-под контроля» — это такой минорный рок-н-ролльчик. Он как раз и был навеян всей этой ситуацией. Ты приходишь в Рок-клуб, а тебе начинают говорить:

— Миша! Ну надо как-то помягче… Нельзя сейчас… Не время… Ты рано поверил в то, что это кончится… Тебя обманули, Миша! Мы-то знаем… Ничего никогда не может измениться!

Я со всей наивностью, горячностью молодости говорю:

— Ну как же! Посмотрите! Вот они сами по телевизору говорят о переменах! Они же сами декларируют — давайте просто делать!

— Да брось ты! Что они декларируют?

Причем в эту же струю вплетались голоса коллег по цеху. Некоторые музыканты группы «Аквариум» начинали говорить:

— Миша, вы своими выступлениями разрушите Рок-клуб! Вы зря все это затеяли! Надо осторожнее! Сейчас не время!

Но правы оказались не они, а мы. Потом, кстати, некоторые из них это признали.

…

Людей, впервые оказавшихся на концерте «Телевизора», больше всего цепляла пластика лидера группы. На концертах и съемках Борзыкин двигался, словно сошедший с ума робот. Это слегка напоминало брейк-данс, а брейк в те годы был верным ходом! Если на дискотеке в любом пионерском лагере кто-то начинал выделывать соответствующие коленца — народ отодвигался к стенке и смотрел на брейкера, отвесив челюсти. И до конца смены все девчонки в лагере были его.

Михаил Борзыкин: Я в молодости довольно много шастал по всевозможным музыкальным заведениям, где люди танцевали. Но специально танец я не продумывал — просто двигался, как мог. Какие-то вещи я черпал с экрана телевизора, каким-то научился у своей жены — она была танцовщицей. А может быть, это все как-то генетически передалось, потому что папа у меня всегда хорошо танцевал.

Начинали мы с брейк-данса. Тогда в России как раз появились первые брейк-дансеры, и музыка наша им подходила. Они сами пришли к нам с предложением выйти на концерте и помочь оформить нашу музыку. Это была группа «Терра мобиле» — родоначальники всего российского брейк-данса. Нам до них, конечно, было далеко во всех отношениях. Но поучиться — мы поучились у них многому.