Нацистская оккупация и национальный вопрос

Одним из последствий германской оккупации Калмыкии и Северного Кавказа стало бандповстанческое движение, усилившееся в этом регионе после его освобождения Красной армией[1626]. На неоккупированной территории Калмыцкой АССР банды появились к ноябрю 1942 г.[1627] К концу года общая численность бандитов в республике составляла до 1500 чел. Они «производили грабежи местного населения, убивали работников органов НКВД, милиции, советский [и] партийный актив, военнослужащих Красной Армии и войск НКВД»[1628]. С мая 1943 г. началась работа по ликвидации бандповстанческих групп, в результате чего к августу 1943 г. удалось ликвидировать 23 группы в составе 786 чел. Засланная нацистами на территорию республики диверсионная группа Б. Огдонова (командир ранее созданного оккупантами «калмыцкого легиона») была также разгромлена[1629].

На Северном Кавказе в 1943 г., после ухода фронта на запад, был отмечен сильный рост количества бандформирований по сравнению с предыдущим годом – до 8,3 раза (Ставропольский край) и численности участников этих формирований – до 35,2 раза (Кабардино-Балкарская АССР). В январе 1943 г. в Учкулановском районе Карачаевской АО произошло восстание, в котором приняли участие до 400 чел.[1630] (по другим данным – 300–350 чел.). В результате проведенной с 21 по 27 февраля 1943 г. операции было ликвидировано 157 бандитов и бандпособников[1631].

При отступлении вермахта с территории Кабардино-Балкарии бандповстанческие отряды нападали на воинские части Красной армии, в частности в Черекском и Чегемском районах[1632]. В 1943 г. в этой республике было проведено 25 операций по борьбе с бандповстанчеством. Был уничтожен 141 чел., ранено 22 чел. и захвачено 1039 чел. К августу 1943 г. в республике действовали 54 вооруженные бандгруппы. К 10 января 1944 г. в республике осталось 20 бандгрупп в составе 243 чел., через месяц их численность уменьшилась до 13 бандгрупп в составе 120 чел., однако к 1 марта 1944 г., по некоторым данным, она резко выросла до 54 бандгрупп в составе 930–950 чел.[1633]

В Чечено-Ингушетии в результате проведенной войсками НКВД 16–17 февраля 1943 г. операции было задержано 2331 чел. и захвачено большое количество оружия[1634]. Сведения о результатах борьбы с бандитизмом в 1943 г. в этом регионе несколько противоречивы. По одним данным, было уничтожено 236 бандитов, повстанцев и бандпособников, а также выявлено более 4 тыс. рядовых членов бандповстанческих формирований[1635]. По другим – было убито 294, ранено 22 и захвачено 3803 чел.[1636] В результате отхода фронта на запад, как отмечали советские органы, снабжение Германией банд вооружением и материальными средствами резко ухудшилось, а затем и вовсе прекратилось, что стало сдерживающим фактором для роста бандповстанческого движения[1637].

Таким образом, во второй период Великой Отечественной войны на оккупированной территории произошло существенное снижение эффективности германской национальной политики. Нацистские власти не хотели и не могли предоставить народам СССР реальное самоуправление, полностью пресечь шовинистическое отношение в быту, умерить экономическую эксплуатацию. Против оккупантов играли реализуемые ими карательные акции, грабежи, «добровольно-принудительная» мобилизация населения в военные формирования и угон в Германию на «работу», а также в очень большой степени победы Красной армии. Значительной, если не подавляющей части населения оккупированной территории СССР окончательно стало ясно, что никакие надежды на германские власти, особенно в национальной сфере, не являются оправданными. Оккупанты не были способны предложить народам СССР программу «равноправного сосуществования и сотрудничества» из-за того, что истинные намерения нацистского руководства по отношению к ним оставались прежними – колонизация, депортация, уничтожение.

Эффективность советской национальной политики на оккупированной территории во второй период войны существенно возросла. Население стало больше доверять советской пропаганде, в том числе ввиду ее перестройки на «национальные рельсы» и, конечно же, ввиду того, что СССР добился перелома в войне, на практике доказав действенность своей политики и способность мобилизовать народ на борьбу с нацистской Германией.

В то же время на оккупированной территории продолжался морально-политический раскол населения, часть которого разделяла просоветские настроения, часть примыкала к «национально ориентированным» силам и небольшая часть придерживалась прогерманских взглядов.

Глава IV Освобождение: итоги и последствия противостояниЯ национальной политики СССР и Германии (1944 г. – май 1945 г.)

§ 1. Возврат к «советскому патриотизму»: политика СССР на оккупированной и освобожденной территории