Нацистская оккупация и национальный вопрос

В заключительный период войны германские власти приняли меры по расширению военного коллаборационизма казаков. 10 ноября 1943 г. начальник штаба ОКВ В. Кейтель и министр «восточных территорий» А. Розенберг издали обращение к казакам, в котором последним гарантировалось сохранение всех традиционных прав, самобытности, наделение землей. По причине того, что к этому времени все казачьи земли были освобождены Красной армией, руководство Третьего рейха предложило устроить «казачью жизнь» на другой территории. В ответ командующий эмигрантским «Кубанским казачьим войском» В.Г. Науменко призвал казаков «поддержать доверие» рейха, встав к нему на службу[1785]. 31 марта 1944 г. при Министерстве «восточных территорий» было создано Главное управление казачьих войск во главе с П.Н. Красновым. Этот орган занимался в основном пропагандистской работой[1786], а также формированием государственных институтов, включая «банк» и «трибунал», для казачьего «квазигосударства в изгнании», которое было создано в районе города Тольмеццо[1787] в Северно-Восточной Италии на основе «Казачьего стана» Т.Н. Доманова[1788]. К октябрю 1944 г. в составе войск СС был создан «Казачий резерв» во главе с генералом А.Г. Шкуро, для пополнения которого была развернута мобилизация казаков, находившихся на территории рейха. Казачья дивизия Г. фон Паннвица в декабре 1944 г. перешла в подчинение СС и была развернута в 15-й казачий кавалерийский корпус, формирование которого было завершено в феврале 1945 г. (18 тыс. чел., включая более 5 тыс. немцев). В конце апреля 1945 г. «Казачий стан» отступил из Италии в Австрию, где в мае 1945 г. около города Лиенц сдался в плен британским войскам, которые, в свою очередь, передали военнослужащих и гражданское население «Казачьего стана» Красной армии[1789]. В январе 1947 г. П.Н. Краснов, А.Г. Шкуро, С.-Г. Клыч, Т.Н. Доманов и Г. фон Паннвиц были казнены по приговору советского суда[1790].

Как уже говорилось, еще в апреле 1943 г. Г. Гиммлер распорядился создать на территории Генерал-губернаторства украинское вооруженное формирование, которое получило наименование «14-я дивизия войск СС «Галиция». Эта инициатива была поддержана большинством политических кругов Галиции. Командующий УПА Р. Шухевич приказал жителям этого региона записываться в дивизию. Возможно, что поддержка оуновцами военного сотрудничества с СС парадоксальным образом была связана с уверенностью первых в поражении Германии и их надеждой на помощь со стороны англо-американцев. Оуновцы надеялись, что с помощью дивизии «Галиция» они смогут удержать продвижение советских войск до прибытия войск США и Великобритании[1791]. Дивизия «Галиция» рассматривалась в нацистских кругах как подразделение, состоящее из «германизированных элементов», якобы сформировавшихся в Галиции в течение почти 150 лет австрийского господства[1792]. На создание дивизии было потрачено более 12 месяцев. Всего в нее записалось около 80 тыс. чел., из которых было отобрано 13 тыс. Летом 1944 г. руководство СС решилось использовать дивизию на фронте в сражении под Бродами, в результате которого к 20 июля 1944 г. она был разбита Красной армией. 20 % личного состава дивизии ушло с германскими войсками за Карпаты, а многие из оставшихся влились в УПА[1793].

В конце 1944 г. был создан украинский аналог КОНР – «Украинский национальный комитет» (УНК), главой которого был назначен генерал бывшей польской армии П.Ф. Шандрук, вице-президентами – глава «Украинского центрального комитета» Галиции В.М. Кубийович и бывший оккупационный бургомистр Харькова А.П. Семененко. Таким образом, в составе УНК были представлены «старая эмиграция», Западная и Восточная Украина. В марте 1945 г. «Комитет» был официально признан руководством рейха в качестве «правительства Украины». В воззвании УНК, изданном 17 марта 1945 г. в Веймаре, была провозглашена борьба за независимость Украины, причем без упоминания об альянсе с рейхом[1794]. А.А. Власов пытался склонить Шандрука к вступлению в КОНР. Однако, несмотря на их личную встречу, это сотрудничество не состоялось либо потому, что КОНР и Власов были для Шандрука лишь продолжателями дела «старых русских империалистов»[1795], либо из-за того, что не удалось найти баланс между ними по поводу разделения сфер политического и военного влияния[1796].