Нацистская оккупация и национальный вопрос

Среди гражданского населения Украины оуновцы вели активную агитацию о неподчинении органам советской власти и Красной армии[2020], распространяли слухи о повышении норм хлебопоставок, насильственном создании колхозов, конфискации имущества, переходе Германии в контрнаступление, увозе советскими властями украинских детей старше 8 лет в тыл СССР. Использовались передвижные радиостанции и типографии, в которых издавались газета «Самостийник», ежемесячный бюллетень «О международном положении», еженедельный «Вестник украинской информационной службы», книги и брошюры[2021]. Повсеместно распространялись листовки, на стенах домов размещались лозунги[2022].

По данным о бандповстанческих проявлениях в первом полугодии 1945 г., видна тенденция: чем ближе к западной границе СССР, тем сильнее на Украине было развито бандповстанческое движение[2023]. На Западной Украине ОУН сформировала разветвленную подпольную сеть: в 1946 г. советские органы выявили 14 окружных, 37 межрайонных и 120 районных отделений («проводов») этой организации[2024]. УПА действовала также в южной части Белоруссии (на территории Брестской и Пинской областей)[2025] и на прилегающей к Украине территории Польши[2026]. Советские власти выявили, что на Западной Украине «известная часть населения… поддерживала националистов»[2027], в том числе «продовольствием и информацией о передвижениях [советских] войск»[2028]. В деятельность ОУН и УПА было вовлечено до 7 % населения Западной Украины (около 500 тыс. чел. из 7 млн чел. населения). В то же время часть повстанцев состояла из насильно мобилизованных крестьян, не желавших воевать[2029]. На основной территории Украины ОУН и УПА не смогли найти сколько-нибудь значительного числа сторонников[2030]. Здесь ОУН за время оккупации смогла создать лишь небольшие подпольные группы, которые после освобождения были выявлены советскими органами[2031]. Деятельность УПА, ранее отмечавшаяся в районах Киева, Житомира и Винницы, к началу 1945 г. также ослабла[2032].

В результате достигнутых в заключительный период оккупации договоренностей германские власти и «польское подполье» на оккупированной территории СССР не предпринимали враждебных действий в отношении друг друга. Германские власти снабжали Армию крайову (АК) вооружением и способствовали ее деятельности против советских партизан и гражданского населения в Белоруссии и Виленской области[2033]. АК также препятствовала проведению советским партизанам «общей мобилизации молодежи в советские отряды»[2034]. Армия Крайова продолжила свою деятельность и на освобожденной территории СССР[2035], поставив «задачу борьбы с советской властью и Польским национальным комитетом освобождения[2036] с целью [вос]создания Польского государства в границах 1939 г.». К началу августа 1944 г. советские власти сумели разоружить 7934 польских повстанца, однако окончательно деятельность «польского подполья» была пресечена только акцией по «обмену населением» между СССР и Польшей, осуществленной в 1945–1946 гг. Хотя эта акция встретила сопротивление среди той части польского населения, которая верила, что Советский Союз под давлением западных союзников будет вынужден признать границу Польши по состоянию на 1 сентября 1939 г.[2037], к маю 1946 г. из УССР, БССР и Литовской ССР в Польшу выехало 1016 тыс. чел. и было записано на выезд еще 713 тыс. чел., а из Польши въехало 379 тыс. украинцев и 33 тыс. белорусов и было записано еще 30 тыс. чел.[2038]

Перед вступлением Красной армии в прибалтийские республики на их территории уже была подготовлена база для дальнейшего антисоветского сопротивления. В Латвии и Эстонии антисоветские подпольные группы были созданы при прямом участии германских властей, а в Литве – без их участия[2039].