Нацистская оккупация и национальный вопрос

Германские власти создали несколько ведомств для опеки над местными немцами, которым были предоставлены существенные материальные льготы[623]. Из числа «фольксдойче» оккупанты старались подбирать бургомистров, старост, других должностных лиц местного значения, вербовать переводчиков, агентов полиции и гестапо[624]. Например, в Запорожье главами управ были «фольксдойче» Вибе и Реймер[625]. Была создана «вспомогательная полиция» из числа «фольксдойче»[626]. Оккупационные власти развивали культуру и народное образование «фольксдойче», пытаясь возродить самосознание этнических немцев на оккупированной территории СССР, в том числе путем распространения среди них соответствующей литературы (например, букварей «Будь немцем», изданных тиражом 31 500 экз.)[627]. В 1942 г. А. Розенберг принял группу педагогов – немцев с Украины[628]. Гитлер лично следил за судьбой немецкого населения Советского Союза и, когда узнал о депортации правительством СССР немцев и упразднении АССР немцев Поволжья, обещал за это отомстить (в первую очередь евреям)[629].

Граждане СССР еврейской и цыганской национальностей в условиях оккупации, как и предписывали планы Третьего рейха, были исключены из общественно-политической жизни, социально и физически изолированы. Нацисты не предполагали никакого национального будущего для этих народов, что не скрывалось. Уже в первый период Великой Отечественной войны оккупанты начали геноцид, в результате которого на оккупированной территории СССР было уничтожено 1480 тыс. евреев[630] и не менее 30 тыс. цыган[631].

Германские власти всеми мерами разжигали и поощряли антисемитизм. 29 июня 1941 г. начальник РСХА Р. Гейдрих указал, что «целесообразно… инспирирование местных народных погромов»[632]. На изоляцию еврейского населения были направлены такие меры, как запрет на «прием евреев в домах и местах проживания нееврейского населения»[633]. Как уже говорилось, антисемитизм был одной из главных составляющих германской пропаганды на оккупированной территории СССР. Оккупанты утверждали, что евреи «создали Советский Союз, захватили в свои руки все важнейшие посты; опираясь на страшный террор, они 25 лет правили страной». Отмечалось якобы еврейское происхождение всех вождей СССР[634], приводились конкретные примеры «враждебных действий» евреев против советских народов[635], в том числе во время начавшейся войны. Так, начальник ГлавПУР РККА Л.З. Мехлис был назван «злым гением советской армии», вина за страшную участь блокадного Ленинграда была возложена на евреев. Муссировался тезис о том, что «евреи не воюют» и «весь пыл их ограничивается сбором пожертвований», в связи с чем была развернута клевета в отношении деятельности Еврейского антифашистского комитета. Антисемитская пропаганда велась и в отношении союзников СССР: утверждалось, что США находится «в руках жидовства», евреи «втянули в войну» Великобританию и, напротив, арабы Ближнего Востока якобы поддерживают Германию в ее борьбе против евреев[636].

Истинное отношение германских властей к народам СССР закономерным образом кардинально отличалось от утверждений нацистской пропаганды (кроме политики в отношении еврейского и цыганского народов, которую нацисты, как уже говорилось, не скрывали). Это отношение продолжало базироваться на «расовых» основах. Приказ Гитлера от 2 октября 1941 г. гласил: «Мы боремся против врага, который состоит не из людей, а из бестий». 9 ноября того же года в Мюнхене Гитлер заявил, что Советский Союз – это государство, в котором остались только «темные, насильно пролетаризированные, неполноценные люди». Й. Геббельс писал в июле 1942 г. в газете Das Reich, что «народности Советского Союза живут на таком уровне, который мы едва можем представить себе в его тупом примитивизме», представляют собой «тупой безвольный человеческий материал», демонстрируют «социальную и хозяйственную невзыскательность», «животную дикость». О советских военнопленных газета Völkischer Beobachter писала так: «Настоящий людской зверинец… Смесь народов, рас, сосредоточения низкого человечества – настоящих подонков человечества… Их души такие же убогие, как и их одежда, бесчувственные и тупые, как выражение их лиц»[637].

Отношение нацистов к народам СССР было в определенной степени обусловлено уверенностью, что последние являются «носителями большевизма». Поэтому, в частности, германским военнослужащим предписывалось держаться подальше от советских военнопленных во имя «политической необходимости, поддержания престижа и достоинства»[638]. Бесчеловечное и унизительное отношение к пленным проявилось в их клеймении[639]. Упомянутое ранее освобождение военнопленных из числа «нерусских» народов СССР летом 1941 г. было лишь тактическим ходом. 7 ноября того же года ввиду необходимости усиленного «использования рабочей силы» Гитлер издал приказ «пленных впредь не освобождать»[640].