Навеселе. Как люди хотели устроить пьянку, а построили цивилизацию

Посиживать вечерком, размышляя о Библии, стругая деревяшку или прядя шерсть для вязания, – это стало более предпочтительным по сравнению с совместным распитием спиртного. Таким образом, кампании против опьянения привели к атомизации индивидов, что усилило многие способы проведения массового досуга в двадцатом столетии, побуждая людей собираться лишь затем, чтобы в навязанной пассивности глазеть на какое-то развлекательное зрелище, будь то кинотеатр, концертный зал, футбольный стадион или виртуальная реальность, тогда как опьянение объединяло их в собраниях, проникнутых взаимодействием и динамикой{441}.

Если раньше мы периодически собирались вместе на массовых экстатических празднествах или хотя бы регулярно сходились в пабах для расслабленного общения и неформальной игры, нормы современной жизни прискорбно часто направляют наше ограниченное свободное время на одинокие домашние занятия вроде просмотра телевидения и видеоигр. Появление интернета лишь усугубило эту ситуацию, поскольку зависимость от социальных сетей и безостановочный поток электронных писем и текстовых сообщений заставляют нас пролеживать бока на диване, прилипнув к экранам наших гаджетов.

На мой взгляд, притягательность дикости и святости, буря экстатического возбуждения и энергии лучше всего переданы в поэме «Кубла-хан, или Видение во сне» Кольриджа:

И крик пронесся б, как гроза:

Сюда, скорей сюда, глядите,

О, как горят его глаза!

Пред песнопевцем взор склоните,

И этой грезы слыша звон,

Сомкнемся тесным хороводом,

Затем что он воскормлен медом

И млеком рая напоен![37]{442}

Истинный экстаз имеет весьма мало общего с закоулками пригородов и гостиными, залитыми ровным светом телевизионных экранов или мерцанием небольших смартфонов. Здесь нет места священному трепету или вкушению «млека рая». Об этом остается лишь сожалеть, и не только потому, что «млеко рая» могло бы повысить содержание «хорошего» холестерина в организме или очистить нашу воду. Мы креативные обезьяны, а также культурные и коллективные. Есть также все основания добавить к «трем К» четвертую букву – С: люди – еще и сознающие обезьяны. Обладающее самосознанием существо, отрезанное от единообразного животного потока опыта проклятием своей самости, нуждается в отдыхе. Это подводит нас к последней теме данной главы – защите удовольствия как самоценности.

Это всего лишь рок-н-ролл: Слово в защиту гедонизма

С начала современной эпохи на протяжении большей части XX столетия алкоголь демонизировался как «ядовитый корень» всех зол{443} и отчасти вернул себе признание в качестве утилитарного средства благодаря исследованиям, показавшим, что умеренное потребление – порядка одной-двух доз спиртного в день – может снижать риск развития сердечных заболеваний, диабета и инсульта. Как мы отмечали, однако, на практикующих врачей эти работы особого впечатления не произвели и они всячески противились тому, чтобы рекомендовать понемногу выпивать, как рекомендуют, скажем, регулярно тренироваться. Мощный удар утверждению спиртного как средства укрепления здоровья нанесла опубликованная в 2018 г. в журнале The Lancet статья, о которой мы неоднократно упоминали, – ужасный документ, однозначно заключивший, что единственный безопасный уровень потребления алкоголя – нулевой.