Невыносимые отношения. Как исцелить разбитое сердце

Наша красавица и наше чудовище происходят из одной и той же субстанции чуткости и нежности. Когда мы ожесточаемся против нее, рождается чудовище. Когда мы позволяем себе быть нежными, начинаем различать контуры давно утраченной красоты, скрытой внутри чудовища. Когда мы направляем душевное тепло в темную, чувствительную зону нашего незнания о том, как мы привлекательны, начинается брак между красавицей и раненым чудовищем.

Любовь, которой мы хотим, по большому счету есть принятие своей человечности. Только так мы осознаем себя как прекрасное светоносное существо, заключенное в уязвимую, нестабильную форму. Наше призвание – многократно превращаться из куколки в бабочку, развиваться от семени до нового рождения. Будучи существами земными, постоянно испытывая разочарования, боль и потери, мы не можем не чувствовать себя уязвимыми. Однако человеческое сердце открыто великой любви и непобедимо. Быть полностью и по-настоящему человеком означает прочно врасти в оба пласта – одновременно быть уязвимым и бессмертным.

На перекрестке, где встречаются «Да!» и «Нет», безграничная любовь и ограниченность людей, мы находим свое основное призвание: постепенно открывать солнце в нашем сердце, чтобы оно могло осветить и согреть всех и вся в пределах досягаемости. Эта любовь ни в коей мере не отделима от истинной силы. Как пел великий суфий Руми:

«Когда мы полностью будем побеждены красотой,Тогда мы станем всесильным милосердием».

<p>Глава 2. Ощущение обиды</p>

Кто такой несчастливый?

Тот, кто находит недостатки.

Аноним

Самый разрушительный элемент в человеческих отношениях – стремление сделать других плохими или неправыми, а затем осуждать, отвергать или наказывать их за это. Трагические последствия видны повсюду: в конфликтах между супругами, родственниками, коллегами; войнах между нациями; постоянной вражде между людьми, которые не в состоянии принять различия между ними. Вековые конфликты на Ближнем Востоке носят именно такой характер. Ненависть и жажда мести придали ситуации такой импульс, что он идет далеко за пределы отдельных случаев и никому не приносит ни малейшей пользы.

Террорист-смертник выражает ненависть своим поступком. Большинству трудно понять, почему кто-то настолько не ценит свою жизнь, что готов умереть, лишь бы отомстить тому, кто причинил зло ему или его народу. Но копните глубже: задатки камикадзе есть в каждом из нас.

Лелеять обиду, считать, что интимному партнеру можно мстить за измену, негодовать, что жизнь или другие люди обошлись с нами плохо, – все это акты саморазрушения. Желая причинить боль или отвергнуть кого-то или что-то, на что мы обижаемся, мы невольно раним или отвергаем самих себя. В этом легко убедиться: все тело напрягается и зажимается, когда у вас есть к кому-то претензии. Злясь, вы разрушаете собственную жизнь. Вы убиваете свою осознанность, открытость и теплоту, лишаете себя жизненной силы. Радоваться, когда делаешь плохо другому, – значит предпочитать смерть жизни, как террорист-смертник.

Работая с супружескими парами, я наблюдаю поразительную вещь: они тратят гораздо больше энергии на то, чтобы выставить друг друга неправыми, чем на поиски взаимопонимания. Супруги часто вкладывают огромное количество сил в свои жалобы: «Ты сделал мне это; ты сказал мне то. Ты причинил мне зло». Некоторые люди так глубоко сжились со своей обидой, что готовы разнести в пух и прах свой брак и личное счастье, только чтобы доказать, что муж или жена неправы, а они правы.

<p>Обида в действии</p>

Дэн и Нэнси – типичный пример. За пять лет брака Нэнси собрала большую коллекцию претензий к Дэну. Она заявляла, что не чувствовала себя по-настоящему любимой. Дэн, конечно, был не лучшим любовником и мужем. Но сама Нэнси, казалось, получала извращенное удовольствие, припоминая ему все вольные и невольные грехи. Она будто вела строгий учет и все время напоминала: «Ну вот опять. Ты только что в очередной раз доказал, что меня не любишь. Если бы ты действительно любил меня, ты бы уделял больше внимания… слушал более внимательно… позвонил мне… извинился… демонстрировал бы свою привязанность на людях… не смотрел бы ни на одну женщину в комнате… не повышал голос…»

Дэну список обид Нэнси казался бесконечным. Каждый его поступок рассматривался как новое доказательство, что он ее не любит, и Нэнси тут же пополняла список новым пунктом. У Дэна не было ни единого шанса: даже когда ему удавалось что-то сделать «правильно», это не перевешивало длинного перечня просчетов. Постепенно он перестал пытаться. Хотя ему было непросто отвечать на потребности других людей, он действительно заботился о Нэнси и хотел сделать ее счастливой. Но что бы он ни делал, она была недовольна. Дэн испытывал разочарование и был уверен, что у жены невыносимый характер.