Никита Хрущев. Вождь вне системы

Мы все еще находились в шоке, а людей держали по-прежнему в тюрьмах и лагерях. Мы создали… версию о роли Берии: что, дескать, Берия полностью отвечает за злоупотребления, которые совершились при Сталине… Мы тогда никак еще не могли освободиться от идеи, что Сталин — отец народа, гений и прочее. Невозможно было сразу представить себе, что Сталин — убийца и изверг.

Хрущев Н. С. Время. Люди. Власть

Прощание с вождем. Тандем и триумвират «коллективного руководства». Главный Маленков и реформатор Берия. Первые возвращения из ГУЛАГа. Новый национальный вопрос. Начало «мирного соревнования». Немецкий вопрос. Распри наследников. Смещение и казнь всемогущего наркома безопасности.

О кончине Сталина объявили 6 марта 1953 года. В тот же вечер были оглашены решения совместного заседания Совета министров СССР, Президиума Верховного Совета и Центрального комитета предыдущего дня: Маленков стал председателем Совмина, сохранив свою должность в Секретариате ЦК; Берия, Молотов, Булганин и Каганович назначались его первыми заместителями. Берия получал Министерство внутренних дел, объединив его с бывшим Министерством госбезопасности. Договорившись заранее, Берия и Маленков рекомендовали друг друга на эти посты. Все без энтузиазма согласились, не драться же за портфели, пока не остыло тело вождя. Хрущев, в свою очередь, предложил назначить Булганина министром обороны и предусмотрительно порекомендовал вернуть в Москву его заместителем маршала Жукова, которого Сталин, не желая делить лавры победы, сослал в Одессу, а потом на Урал.

«Маленков Сталина. На партийной линии с голосом хозяина» Обложка журнала «Тайм», США

6 октября 1952

[Из открытых источников]

Хрущев был освобожден от обязанностей первого секретаря Московского комитета партии и взял на себя работу в ЦК. Формального титула у него не было, так как после победы над соперниками в 1934 году Сталин практически упразднил пост генерального секретаря и сосредоточился на «государство — это я» вместо лидерства в партии. Ему должности были не нужны — он был источником власти и определял функции для всех официальных и неофициальных институтов и групп: корифей языкознания, друг детей и физкультурников, гениальный полководец и т. д. Но титулы были нужны его наследникам, и, главное, Маленкову, которого Рой Медведев назвал «орудием Сталина»: он «не имел ни своего лица, ни собственного стиля»[243].

Маленков, Берия и Молотов (теперь снова министр иностранных дел) на первых порах были неоспоримыми руководителями, образовав «первый послесталинский триумвират»[244]. Хрущева назначили главой комиссии по организации похорон, скорее, по той же причине, по которой его использовал вождь, — его способности к действию.

В. И. Межлаук. Рисунок «На воре и шапка горит или диверсия т. Берия». Текст: «Не могу не указать на печальную роль, которую сыграли в деле подготовки наших кадров товарищи»

1937

[РГАСПИ. Ф. 74. Оп. 2. Д. 170. Л. 85]

Тогда же был объявлен новый состав Президиума и Секретариата ЦК КПСС, отменяющий сталинские назначения 1952 года: в Президиум теперь вернулись Молотов и Микоян, а предыдущих 25 членов и 11 кандидатов сократили до десяти и четырех соответственно. Расклад был на стороне Маленкова: и в Секретариате, и в Президиуме было немало его выдвиженцев[245].

Тандем Маленкова и Берии казался абсолютно непобедимым, хотя о «коллективном руководстве» говорили, не переставая, особенно сам Георгий Максимилианович: «В это трудное время важнейшей задачей является обеспечение бесперебойного и правильного руководства всей жизнью страны, что, в свою очередь, требует величайшей сплоченности, недопущения какого-либо разброда и паники»[246].

После Сталина только у Берии хватало уверенности предполагать, что он сможет руководить в одиночку. И то не сразу — граждан требовалось подготовить к еще одному грузину во главе Кремля. Маленков был идеален для этого плана.