Николай Кузнецов. Строптивый ставленник Сталина

«По полученным данным, операция Черноморского флота 6 октября, закончившаяся провалом, ненужной гибелью людей и потерей трех крупных боевых кораблей, проводилась без ведома командующего Северо-Кавказским фронтом, несмотря на то что флот подчинен ему в оперативном отношении.

Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:

1. Командующему Черноморским флотом все намеченные к проведению операции флота обязательно согласовывать с командующим войсками Северо-Кавказского фронта и без его согласия никаких операций не проводить.

2. Основные силы флота использовать для обеспечения боевых действий сухопутных войск. Дальние операции крупных надводных сил флота производить только с разрешения Ставки Верховного главнокомандования.

3. На командующего Северо-Кавказским фронтом возложить ответственность за боевое использование Черноморского флота»[52].

Документ поразительный! Отныне флотским начальникам категорически запрещалось предпринимать самостоятельные операции, не получив «добро» от армейского начальства. Этой директивой Ставка документально подтвердила полную военную некомпетентность руководства Черноморского флота, признав, что командование Северо-Кавказским фронтом более сведуще и профессионально, чем адмиралы. Такого еще не было за всю историю России. В разгар самой страшной и кровопролитной войны сильнейшее корабельное соединение было лишено возможности решать самостоятельные задачи.

Это был очень серьезный удар по престижу наркома ВМФ. Больше до конца войны о набеговых операциях ни на Черном море, ни на Севере он не заикался. Впрочем, подобная практика не оправдала себя и на флотах других воюющих государств. Если некоторые успехи и были, то лишь в начальный период Второй мировой войны. Впоследствии наносить удары по береговым объектам противника старались исключительно авиацией.

Активные боевые действия эскадры Черноморского флота не только в кампании 1943 года, но и в Великой Отечественной войне больше не вели. По решению Ставки Верховного Главнокомандования корабли Черноморского флота были переведены в резерв Ставки. Отныне кораблями Черноморского флота мог командовать только лично сам Сталин. Похоже, что именно так Сталин еще раз наказал своего наркома за его личное участие в событиях 6 октября. Верховный Главнокомандующий выразил свое недоверие адмиралитету, публично продемонстрировав это перед всеми Вооруженными силами. Это была показательная порка, но порка, следует признать, вполне заслуженная.

Так что в целом действия надводных кораблей Черноморского флота на морских сообщениях противника в северо-восточной части Черного моря приходится признать малоуспешными.

Загрузка торпед на Ил-4 ВВС Черноморского флота. Из открытых источников

Отныне основной силой на морских сообщениях таманской группировки немецко-фашистских войск осталась авиация. В создавшейся обстановке только она оказалась способной наносить ощутимые удары по перевозкам в Керченском проливе, а также на морских сообщениях между портами Керченского пролива, с одной стороны, Анапой и Темрюком — с другой.

Чтобы навести порядок среди командного состава Черноморского флота, в декабре 1944 года по распоряжению Сталина начальник Главполитуправления ВМФ — заместитель наркома ВМФ генерал-лейтенант береговой службы И. В. Рогов был назначен одновременно и членом Военного совета Черноморского флота. Впереди были бои за Крым, и Сталин решил таким образом подтянуть боеспособность флота.

В свое время автор слышал немало рассуждений ветеранов ВМФ, что эскадру Черноморского флота Сталин отстранил от участия в боевых действиях по неким высшим политическим соображениям. Мол, война уже подходила к концу, и Сталин просто боялся остаться после победы без сильного флота. Некая логика в этом есть. Сталин больше не верил черноморским адмиралам и предпочел обойтись без крейсеров и эсминцев, чтобы из-за очередного головотяпства потерять остатки Черноморского флота.