Никто тебя не заведет, если ты не дашь ему ключи. Как сохранять спокойствие, когда люди сводят вас с ума

Например, я могу решить, машину какого цвета купить, но не могу заставить другого человека восхищаться моим приобретением. Я волен решать, как воспитывать своих детей, но повлиять на их собственные решения, когда они повзрослеют, не могу.

Когда близкие принимают решения, кажущиеся нам неудачными, мы хотим «починить» этих людей, чтобы они не творили невесть что. А вдруг они так и не исправятся?

Полностью зависеть от того, что сделают или нет другие люди, – нездоровая позиция. Мы не властны над решениями и взглядами окружающих. По-настоящему мы можем повлиять лишь на наши собственные решения и взгляды. Если мы принимаем на себя полную ответственность за собственные решения, наше влияние на жизни окружающих усиливается. Когда мы сосредотачиваемся на вещах, которые не в силах изменить, наше влияние на окружающих ослабевает, ведь мы отдаем свою радость и самосознание на откуп чужим недостаткам.

Довольно часто я езжу по работе в город, расположенный в ста километрах от дома. По обыкновению, выезжаю рано утром, чтобы не ползти в потоке машин, а затем коротаю время до семинара в местной кофейне.

Так вот, на террасе этого заведения каждое утро собирается небольшая группа мужчин, возрастом от шестидесяти лет и старше. Эти господа попивают кофе и обсуждают происходящее в мире, а также делятся мнениями о том, как следует справляться с той или иной проблемой. Они обсуждают войны, политику, экономику, а также мировые события. Годами я был невольным свидетелем этих собраний, а некоторые посетители специально садятся на террасу, чтобы насладиться оживленной беседой и категоричными мнениями завсегдатаев.

Понятия не имею, чем эти достойные мужи занимаются в остальное время, но, судя по всему, они знатно поднаторели в искусстве вкладывать энергию в то, что от них не зависит, – следовательно, эта энергия не направляется на то, что они действительно могут изменить. Не раз задумывался о том, чего бы они достигли, если бы перестали болтать и взялись за дело. И речь не о том, чтобы сворачивать горы и затевать мировые революции, – просто делать то, что по силам. Когда люди действуют, со временем они становятся сильнее, а их влияние увеличивается.

Могут ли люди меняться?

Ответ прост: да, могут. Надежда есть всегда – не важно, как долго люди вели себя определенным образом. Мы растем и развиваемся по мере того, как реки жизни уносят нас в разных направлениях. Не стоит воздевать руки к небесам и восклицать: «Все без толку. Он или она никогда не изменится». Как знать, быть может, именно вам суждено подтолкнуть человека стать лучше.

Но мы не можем однозначно ответить на вопрос: «Изменятся ли они?» – ведь мы не знаем, что выберет другой человек в будущем. Всегда есть надежда, и никогда нет гарантий. Те, кто не желает быть жертвой поступков других, опираются на надежду и объективность. Без надежды все попытки сохранить и исцелить отношения кажутся тщетными. Но без объективного взгляда на вещи мы обречены на разочарование. Лишь сбалансировав первое и второе, можно принять здоровое решение.

Да, люди могут меняться. Но выбор за ними: в конце концов, их судьба находится в их собственных руках. Нельзя брать на себя ответственность за выбор других – в противном случае нас ждет досада и разочарование от того, что они, видите ли, не следуют нашему плану. Только и остается, что накричать на бедный тостер.

Недостаточно просто выйти из тягостных отношений, хотя в некоторых случаях это уместно. Слишком часто мы избегаем неприятных эмоций и ссор, но глубинные причины боли остаются. И мы годами носим в себе неразрешенные проблемы и обиды, постепенно «разъедающие» наши души.

Как вразумить неразумного?

Разум говорит одно, а эмоции подсказывают другое – к чему же прислушаться? Как правило, если вовремя не обуздать эмоции, они пересилят любые логические доводы.

Совсем недавно, во время короткого, часового перелета, за пять минут до посадки, мы попали в небольшую турбулентность. Болтанка была не слишком сильной, а до этого полет проходил достаточно гладко. Мужчина в соседнем ряду был явно не в своей тарелке. Каждый раз, когда самолет попадал в очередную воздушную яму, он одной рукой вцеплялся в подлокотник, а другой все сильнее комкал страницы журнала, который он все еще пытался читать. Бедняга хватал ртом воздух, задерживал дыхание и опять опускал глаза на журнал.

В тот день, еще до посадки на самолет, я услышал небольшой сюжет в новостях о воздушных путешествиях. Из него я узнал, что в течение пятидесяти лет вероятность гибели в дорожно-транспортном происшествии составляет около 1 к 100, а в авиакатастрофе – 1 к 10 500 000.

Можно было наклониться через проход между рядами и убедить моего попутчика в том, что статистика на его стороне, и что поездка на автомобиле из аэропорта для него куда опаснее. Можно было бы подкрепить свои слова графиками и цифрами, но несмотря ни на что, он все равно бы стискивал подлокотники на каждой воздушной яме.