НКО. Как устроены некоммерческие организации

Периодически в секторе возникают причитания: доколе мы будем развлекать корпоратов? Но ведь от самой НКО зависит, будет ли это увеселительное мероприятие в виде выезда на шашлыки в детский дом или что-то с пользой, когда люди почувствуют себя в роли наставников для сирот и захотят приехать еще раз. У нас в программе «Передышка» один парень был – атлет, веган, успешный и хорошо оплачиваемый сотрудник нефтяной компании. Но как он возился с двумя близнецами-инвалидами, чего с ними только не делал и не выдумывал для них – это песня. Оказалось, правда, потом, что он так расставание с девушкой переживал, но на два года его хватило, и дальше помощь продолжилась, хоть и эпизодически.

Корпоративные волонтеры – это часто интеллектуальные волонтеры. Они готовы потратить свое время как дизайнеры, стратеги, пиар-консультанты, переводчики, а иногда даже юристы и бухгалтеры. Это очень ценная помощь, которую сейчас здорово координируют специальные платформы (например, тот же ToDoGood).

Конечно, для работы с волонтерами в самой некоммерческой организации должен быть специальный человек. Его задача не только координировать активность, но и правильно отбирать людей. Ведь совсем не хочется, чтобы с детьми в итоге работал педофил, а со взрослыми – сумасшедший или кто-то вымещающий на них свои комплексы. Загрузка у такого координатора всегда по полной. Тем более что среди добровольцев чаще всего большая текучка – две трети из них при хорошем раскладе сотрудничают с организацией лишь несколько месяцев, надо следить, чтобы люди быстро не выгорали, и правильно распределять между ними задания (специалисты говорят, что не больше 4 часов в неделю). И только процентов 10–15 – это те, кого потом можно конвертировать в сотрудников, взять на постоянную работу.

<p>Глава 15. Проекты фонда: успехи, неудачи, трансформация</p>

Хотелось бы как-то отдельно описать основные составляющие процесса трансформации «Со-единения» в рамках новой стратегии, а заодно чуть-чуть проанализировать отдельные успешные и не очень успешные проекты.

Итак, когда мы затевали в 2018 году изменение миссии, мы исходили из анализа эволюции внешней среды в ближайшие пять лет. Во-первых, это дальнейшее изменение контингента слепоглухих. Увеличение количества детей с ТМНР, в том числе с нарушениями слуха и зрения, с поражением интеллекта, – и постепенное замещение ими «классических» слепоглухих старших возрастов, условной советской эпохи. Одновременно в случае старческой слепоглухоты мы также будем приходить к качественному иному поколению людей старше 60 лет – они более продвинуты в использовании различных гаджетов, их молодость и зрелые годы пришлись на эру компьютеризации и интернетизации, они быстрее адаптируются и т. д.

Второй важный фактор – появление в мире и в России новых технических устройств, которые компенсируют нарушения слуха и зрения, а также постепенное, пусть и медленное повышение их доступности для людей с инвалидностью. Импланты, генетическая терапия, недорогие альтернативные модели брайлевских дисплеев… Миниатюрные слуховые аппараты и усовершенствованные системы распознавания речи будут давать иное качество звука. Постепенно будет и дальше уменьшаться количество пользователей системы Брайля – специальной статистики нет, но есть неофициальные данные о том, что в России лишь 7–10 % слепых[21] владеют этой системой (а мы тем временем всей страной повсюду брайлевские таблички вешаем для обеспечения доступности среды). Таким образом, будет сделан еще один шаг к замене утраченных функций организма или их дополнению с помощью современных технологий.

Третье – это старт нового политического цикла и связанные с этим экономические и политические риски для страны в целом и для деятельности фонда в частности. Возможная смена приоритетов государственной политики и бизнеса, неустойчивость институтов, потрясения на рынках вплоть до крупного мирового кризиса – все это возможные элементы снижения устойчивости для благотворительной деятельности «Со-единения».

В-четвертых, к этому времени реально почти полностью удовлетворить запрос со стороны слепоглухих к государству по ключевым проблемным направлениям. Совершенствование работы МСЭ, введение электронных сертификатов для закупки товаров и услуг, регулярное обновление Федерального перечня ТСР, распространение практики сопровождаемого проживания, формирование сети ресурсных кабинетов фонда и сообщества подготовленных педагогов-консультантов и другие меры будут способствовать снятию остроты и полному решению проблем, а значит, выполнению значительной части прежней миссии.

В-пятых, фонд перерос к 2018 году этап социального стартапа. Это означало, что в его деятельности все большее и большее место начала занимать рутинная работа с подопечными. А любая рутина – скучна и убивает, не привлекает доноров, а значит, мы могли прогнозировать некое охлаждение интереса к проблематике слепоглухих: там же все в порядке, как-то работает, ну и ладно.