Новая мужественность. Откровенный разговор о силе и уязвимости, сексе и браке, работе и жизни

Тенденция видеть в теле вместилище силы и средство защиты существует и за пределами гетеронормативных сценариев. В рамках подкаста «Полноценный мужчина» я встречался с потрясающими людьми из разных групп и беседовал с ними на личные темы, на которые мужчины редко или никогда не говорят публично. Во время эпизода, посвященного образу тела, двое моих друзей — актер Хавьер Муньос и транс-активист и фитнес-модель Айдиан Доулинг — поделились тем, как идеи мускулистости и маскулинности проявились в историях их жизни внутри гей- и транс-сообществ.

Несмотря на различие в деталях, увязывание физической силы (или ее внешних признаков) со способностью защищать и оберегать имеет много общего у всех нас. Хавьер объяснил, что для гомосексуального мужчины основная причина качать мускулы и, соответственно, выглядеть более мужественно — это безопасность. Он сказал:

— В восьмидесятые и девяностые годы я рос в Нью-Йорке и, бывало, оказывался в определенных ситуациях, в которых мне были не рады; тогда мой инстинкт самосохранения оценивал обстановку и говорил: «Я достаточно мал и слаб, а потому эти парни могут решить сделать со мной что-то нехорошее? Или, может быть, я довольно крупный и агрессивный, и они дважды подумают, прежде чем прицепиться ко мне?»

Айдиан — трансгендер — подтверждает это:

— Став мужчиной, я сразу же стал думать: «Окей, мне нужно подкачаться», — ведь если я зайду в бар, а там окажется парень, которому не нравится мой выбор, возможно, он задумается, прежде чем напасть на меня.

Этот дополнительный слой защиты понадобился Айдиану и Хавьеру из-за того, что они долго чувствовали себя «неполноценными» и в результате ощутили необходимость следовать стандартам традиционной маскулинности. Таким образом, это защита тела в форме физической безопасности и попытка уберечь душу от дальнейшего унижения и расчеловечивания. Я думаю, в этом есть смысл, как вы полагаете? Если мужчины будут подначивать вас, тем самым вызывая чувство неполноценности, то это нормально — хотеть изменить свое тело, чтобы уметь защитить себя и отбить у других охоту оскорблять и атаковать вас.

И наконец, мужчины из гомосексуального сообщества испытывают на себе давление одного из аспектов здоровья. Другие мужчины сообщества жестоко обращались с Хавьером, носителем ВИЧ, — из-за стигм, связанных с его состоянием. Потеря веса ассоциируется с переходом от пассивного носительства к заболеванию СПИДом, а потому носителю приходится поддерживать хорошую физическую форму, чтобы выглядеть здоровым (и подходящим партнером).

Наша мужская способность демонстрировать, что мы можем защитить себя и своих любимых, происходит от более общей способности оберегать нашу власть от предполагаемой угрозы. Решив разобраться в вопросе, я выяснил: в моем случае это следствие неуверенности — страха проиграть в конкурентной борьбе или страха, что другой мужчина навредит моей семье либо отберет у меня Эмили. Мир постоянно намекает нам, мужчинам, что мы должны добиваться силы и власти, а потом защищать и поддерживать их. Это основной критерий оценки нашей мужской состоятельности, фоновая мысль, которая встречается в тысяче фильмов и телешоу. А как проще и эффективнее всего утвердить себя в позиции сильного и мощного? Обзавестись мускулистым здоровым телом.

Но если это путь к силе, то почему я чувствую — всегда чувствовал — себя таким бессильным, когда дело доходило до моего тела?

Может быть, потому, что накачать тело в тренажерном зале не то же самое, что стать действительно сильным? Может быть, потому, что «выглядеть» сильным — не значит быть сильным, а всего лишь способ притвориться «не слабым»? Может быть, обрести облик сильного — это лучший путь, который мы нашли, чтобы изображать силу, даже если внутри мы чувствуем себя слабыми?

МУЖЧИНА В ЗЕРКАЛЕ

Моя неуверенность в собственном теле и внешнем виде родилась в юности, и, думаю, неслучайно первые воспоминания о проблемах с образом тела переплетаются с воспоминаниями о первом столкновении с порнографией. Мы коснемся этого в следующей главе, но я верю: что ты потребляешь, с тем ты себя и сравниваешь. Будучи юным мальчишкой, еще задолго до изобретения соцсетей, я «потреблял» мужские журналы о фитнесе, спортивные и порнографические издания и одновременно сознательно и подсознательно оценивал, насколько хорошо выглядит мое тело в сравнении с увиденными фотографиями, — что, конечно же, отражалось на моей самооценке как мужчины.

До сих пор, смотрясь в зеркало, я первым делом бросаю взгляд на плечи. Один из бессознательных факторов, который определяет выбор рубашки, — это то, насколько плотно она обтягивает мои бицепсы. Если рубашка обвисает, я не надену ее. Будучи худым мальчишкой, я нередко надевал две футболки сразу, чтобы плечи выглядели покрупнее, — меня всегда беспокоило, что они уже, чем у некоторых других парней и мужчин, особенно у старших, популярных, которых я видел на телевидении и в СМИ.