ОКР под контролем. Как выйти из сумрака навязчивых мыслей к ясности в своей жизни

Другой случай, о котором рассказал доктор Хэнд, касался мальчика-подростка, который стал демонстрировать очень странное пищевое поведение. Он ел только один продукт – редкую и дорогую рыбу. Причем кормить его в определенной ритуализированной манере должна была мать. Родителям позволялось общаться друг с другом только при сыне и только на темы, которые он одобрил. В некоторых сферах он деградировал до состояния двухлетнего малыша и начал пачкать постель по ночам. Важно отметить, что все эти симптомы начались тогда, когда отец заявил о том, что хочет уйти к любовнице. Мальчик добился того, чего хотел: когда он заболел, отец и думать забыл об интрижке. Подросток, однако, страдал все сильнее и сильнее, перестал общаться с друзьями-ровесниками и взаимодействовать с окружающим миром. На самом деле это был порочный круг. Отец вернулся, но брак оставался таковым лишь на словах, привязанности между родителями не было. Мать восполняла свои эмоциональные потребности, полностью посвятив себя сыну и тем самым провоцируя ухудшение его состояния. Мальчик использовал болезнь, чтобы управлять родителями. Они все вместе варились в этой ситуации. И все были больны. К сожалению, конец у этой истории печальный. Мальчик добился больших улучшений, но позднее ему вновь стало значительно хуже. Отсутствие навыков общения катастрофически повлияло на его попытку снова общаться со старыми друзьями. Мать вернулась к прежней роли, тем самым усугубляя его состояние. Эту семейную проблему разрешить не удалось.

Однажды к доктору Хэнду обратилась женщина, которой помощь потребовалась после жалоб соседей на то, что она слишком громко отпирает дверь в свою квартиру. Она пояснила, что просто хочет понять, как успокоить соседей. Во время терапии женщина рассказала о компульсивном переводе Библии. В юности она ушла в монастырь, желая ни с кем не общаться, и отдала монахам большую часть денег, которые достались ей в наследство. Но когда год спустя женщина решила вернуться в мир, деньги ей не вернули. Вскоре она взялась за перевод Библии, желая доказать настоятелю, что все существующие переводы полны ошибок, – раз монахи, которые так плохо с ней поступили, опирались на них. Перевод Библии стал ее единственной жизненной задачей. Работая секретарем на полставки, она продолжала жить как монашка, бесконечно занимаясь переводом и отсылая свою работу настоятелю. Но компульсии предали ее. Вместо того чтобы свести счеты с монахами, эта женщина оказалась в плену навязчивого поведения, которое заменило ей всю жизнь.

ПРОСТИТЬ ОКР ВМЕСТЕ

Если члены семьи объединяются, то могут достичь потрясающих результатов. Одна пациентка, которой на пути к здоровью очень помогал муж, сказала мне: «Вместе мы простили мое ОКР».

Лара, с ее жестокими мыслями о ножах, говорит, что при обострениях склонна замыкаться, становиться тихой, угрюмой и грустной. В таких ситуациях муж обычно говорит ей: «Лара, прекрати зацикливаться. Я слышу, как у тебя в голове шестеренки крутятся. Остановись». Переименование быстро возвращает ее к реальности. Мужа, говорит Лара, расстраивает только то, сколько боли она испытывает из-за ОКР. А еще он защищает ее. «Если по телевизору показывают какую-нибудь ужасную катастрофу, например падение самолета, муж говорит мне, что я не должна это смотреть, потому что я и так уже боюсь летать. Он знает, что подобное зрелище меня провоцирует».

Лара обнаружила, что ее муж очень заботливый и понимающий, а еще не дает ее расстройству себя напугать. Но порой ОКР пугает ее саму, – и объяснить, что происходит, очень сложно. Они с мужем обсуждали усыновление ребенка, но Лара зациклилась на том, что этот малыш – совершенно воображаемый на тот момент – обязательно пострадает. «Меня донимает жуткое ощущение, что ребенок всегда будет в опасности: попадет в аварию, заболеет, его похитят, он умрет». Поэтому идею об усыновлении они пока отложили.

Карла, одержимая предчувствием, что убьет свою новорожденную дочь, в браке пережила интимные проблемы. «Я вообще не думала о близости. ОКР пожирало все мое время. Я пыталась хоть как-то выжить. Мужу было очень сложно понять, что происходит и почему я так изменилась». До ОКР она была суперэффективной женщиной, способной одновременно работать, заниматься волонтерством и заботиться о престарелых родителях. Но из-за болезни у нее больше не получалось успевать все и сразу. Карлу это очень расстраивало, и зачастую она срывалась на муже. Он не понимал, что происходит, потому что в предыдущие четырнадцать лет его жена все брала на себя и со всем справлялась. А теперь ей вдруг понадобилось время на себя, к чему он не привык. «К сожалению, у меня не было времени на то, чтобы разобраться в наших отношениях. И я не хотела делиться тем, что творилось у меня в голове. Уж слишком это было пугающе».