Осень 1914 года. Схватка за Польшу

Помимо объективной ответственности, распоряжения генерала Рузского в начале операции позволили А. фон Макензену провести успешный маневр на окружение целой русской армии – только нехватка сил не позволила противнику довести операцию до ее логического завершения. А в конце операции именно директивы штаба фронта дали Р. фон Шефферу шанс уйти из «котла»: «В общем, руководство Рузского и его штаба фронта может служить образцом, как при превосходных силах можно проиграть операцию»[331]

. Здесь же следует сказать, что и взятие Кракова не состоялось ввиду занятой главнокомандующим армиями Северо-Западного фронта позиции, так как непонятную идею отступления к Висле поддержал и Верховный главнокомандующий великий князь Николай Николаевич.

В наибольшем выигрыше оказалось германское командование на Востоке. За совокупные заслуги по отражению русских ударов в германские пределы кайзер Вильгельм II повысил командование на Востоке в чине: П. фон Гинденбург стал генерал-фельдмаршалом, а Э. Людендорф – генерал-лейтенантом. Усиление русской наступательной инициативы на Висле в осенних сражениях позволило Гинденбургу настоять перед кайзером Вильгельмом II на переброске очередных подкреплений и резервов с Запада на Восток. Этому обстоятельству благоприятствовал и тот факт, что после первого сражения на Ипре во Франции окончательно установилась позиционная война: «Отлив в Польшу германских резервов был важен для англичан и французов потому, что давал им возможность скорее дать своим войскам зимний отдых, приступить к их пополнению и к накоплению запасов вооружения и снарядов. Но во всем этом русская армия, понесшая огромные потери в течение первых трех месяцев войны, нуждалась еще больше наших союзников»[332]

.

А если вспомнить, что в декабре 1914 года ни одна сторона не имела запасов снарядов, то понятно, что штурм англо-французских укреплений без должной артиллерийской поддержки не сулил успеха, что и подтвердили бои на Ипре. Следовательно, новые восемь дивизий, образованные в ноябре месяце внутри Германии, также были отданы Гинденбургу и Людендорфу. Это были первые дивизионные подразделения, в которых имелось уже не по двенадцать, как перед войной, а всего по девять батальонов. Зато в артиллерийском отношении эти войска были оснащены так же, как и полнокровные кадровые дивизии.

Русское же командование и в 1915 и в 1916 году продолжало пополнять потери в дивизиях до уровня шестнадцати батальонов, надеясь ружейным огнем возместить слабость артиллерии. По результату такого перенасыщения соединений пехотой резерв Ставки Верховного командования к концу 1914 года составляли всего лишь 4‐й Сибирский корпус и одна стрелковая бригада. Ясно, что такие расчеты лишь вели к резкому росту потерь, что в условиях гибели кадров скажется массовыми сдачами малообученного и отвратительно вооруженного пополнения в плен летом 1915 года.

В готовивших резервистов запасных батальонах не хватало ни инструкторских кадров, ни винтовок, ни опытных офицеров. Неправильная постановка дела обучения (выправка, маршировка, ружейные приемы, а не подготовка к бою) также не способствовала улучшению ситуации. В связи с этим 1 января 1915 года Верховный главнокомандующий в своем приказе настаивал: «Ввиду чрезвычайного переполнения тех запасных батальонов действующей армии, в которых ведется первоначальная подготовка новобранцев (ратников ополчения), предписываю в отношении означенных батальонов принять к исполнению следующее: 1) установить разделение каждой роты на 8 взводов и 32 отделения, в соответствии с чем увеличить на 4 должности взводных и 16 отделенных командиров штат постоянного состава роты; 2) для замещения означенных добавляемых 20 должностей выделить из числа нижних чинов переменного состава 20 человек наиболее подготовленных и отличающихся лучшим поведением; 3) независимо означенного увеличения постоянного состава, в каждой роте из нижних чинов переменного состава постепенно образовать особую категорию заместителей взводных и отделенных командиров в числе 30–40 человек на роту. Эти нижние чины, помогая означенным должностным в деле подготовки переменного состава, в качестве учителей, будут в то же время служить: а) для замещения должностей взводных и отделенных командиров в маршевых ротах; б) для назначения в учебные команды; в) для замещения младших должностных лиц при случайной убыли их. Как показал опыт и заявления строевого начальства, подготовка пополнений, поступающих в армию, стоит в настоящее время далеко не на надлежащей высоте»[333].

<p>3.1. Железные дороги в кампании 1914 года</p>