Осень 1914 года. Схватка за Польшу

Именно здесь, в Козеницких лесах, австрийцы, усиленные германским ландверным корпусом Р. фон Войрша, в последний раз потеснили русских. Дело в том, что П. фон Гинденбург, желая вывести из-под удара свою 9‐ю армию, переложил тяжесть ведения дальнейшей борьбы на австрийцев. И даже более того – вместо обычного обеспечения отхода немцев Гинденбург заставил командующего 1‐й австрийской армией В. фон Данкля вновь наступать на Ивангород, дабы наступательными боями возможно лучше сковать русских, уже изготовившихся к контрнаступлению. Для усиления удара и пришлось передать генералу Данклю корпус генерала Войрша. Командарм-1 даже получил приказ от Ф. Конрада фон Гётцендорфа о том, что после штурма крепости Ивангород 1‐й армии надлежит наступать на Варшаву совместно с немцами. Вполне вероятно, что Конрад все отлично понимал, а потому в состав наступательной группировки вошли всего лишь два армейских корпуса, и даже без конницы.

Разумеется, что Гинденбург уже и не думал ни о каком наступлении: немцы откатывались от Варшавы и уже приступили к подготовке полного отхода из-под стен Ивангорода. Таким образом, германцы просто-напросто прикрылись наступлением своих союзников, чтобы успешно отступить, а австрийцы тем самым были обречены на разгром. Вышло, что противник вновь бросился к русской крепости, получив заведомо невыполнимую задачу. Однако в самом Ивангороде уже приступил к переправе на западный берег Вислы Гвардейский корпус В.М. Безобразова, а у Ново-Александрии – 25‐й армейский корпус А.Ф. Рагозы. Еще южнее на левом берегу Вислы вступили в бой войска 3‐й армии Р.Д. Радко-Дмитриева – переправой 9‐го (Д.Г. Щербачев) и 11‐го (В.В. Сахаров) армейских корпусов у городков Монастерж и Лежахов руководил начальник 6‐го понтонного батальона полковник Г. Гамзагурди, за что и был награжден орденом Св. Георгия IV степени.

Для разгрома противника русские должны были создавать на образуемых плацдармах преимущество в силах и средствах. Если учесть, что переправа через Вислу проводилась на нескольких участках, то русским пришлось предпринимать значительные перегруппировки. Погода не благоприятствовала наступающему (отступающий все равно отступал). Участник войны Д. Беляев сообщает, что во время движения частей 1‐й гренадерской дивизии А.И. Постовского от города Ново-Александрия до намеченной переправы Гренадерского корпуса через Вислу близ устья реки Пилица «все время стояла холодная дождливая погода. Люди на ночевках не успевали просушить одежду и обувь; увязали в грязи при совершении переходов; были значительно утомлены, благодаря чему настроение было пониженное»[89].

В это время часть солдат, пытаясь уклониться от боя, отсиживалась в ближайшем войсковом тылу, что не являлось дезертирством. Просто люди устали так, что желали хоть немного отдыха. Фронтовик писал домой об осенних переходах: «Идя походом, попадаются отсталые, бродяги, мародеры, босые, у многих сапоги изодраны, скитаются по деревням, разыскивая свой полк, хотя он рядом. Во время боя подстреливают себе пальцы и из окопов выставляют руку, ловя пулю, так как издан приказ, что всякий подозрительно раненый будет предан полевому суду»[90]. Высшие штабы также обратили внимание на уклонение от боя. Приказ Н.В. Рузского от 4 октября гласил: «Вновь замечено, что при выносе раненых с поля сражения раненых сопровождают не только санитары, но и другие нижние чины, не предназначенные для этой цели, чем ослабляют ряды войск. Предписываю вынос раненых производить исключительно при помощи санитаров, отнюдь не допуская оставления строя другими нижними чинами»[91].

В ожесточенных и жестоких по своему накалу боях 10–12 октября в Козеницких лесах упорство австро-германцев было сломлено. Двое суток и днем и ночью, без перерыва, войска противоборствующих сторон непрестанно переходили в штыковые контратаки, пытаясь вырвать инициативу. Усилия каждого полка, если не батальона, были важны для общего успеха. Например, в этих боях 70‐я пехотная дивизия Н.В. Белова, как писал домой офицер этой дивизии, «прикрывала переправу всего 16‐го и других корпусов. Если бы мы сдали, то была бы страшная катастрофа»[92].

Русские Гвардейский, Гренадерский, 3‐й Кавказский, 16‐й и 17‐й армейские корпуса выбили противника из лесных массивов и развернулись в линию. Бои носили встречный характер, а потому потери австрийцев достигли половины первоначального состава. Солдаты и офицеры 9‐й армии только в этих боях взяли в качестве трофеев более 15 тыс. пленных и 24 орудия. Участник событий вспоминал, что громадную роль в боях перед Ивангородом сыграла артиллерия, чей огонь направлялся воздухоплавателями: «Стрельбой нашей артиллерии, корректировавшейся с аэростата, неприятельские позиции были буквально засыпаны снарядами. Стрельба эта была столь удачна, что противник бежал из окопов, не приняв атаки нашей пехоты. Это решило судьбу боя под крепостью в этот период»[93].