Осень 1914 года. Схватка за Польшу

Пока 9‐я германская армия А. фон Макензена, отбитая от Варшавы, откатывалась к предвоенной государственной границе, стремясь оторваться от русского преследования, на прочих участках русско-германского фронта дела также шли неважно. В Восточной Пруссии части 8‐й армии Г. фон Франсуа медленно отступали под натиском корпусов русских 1‐й (П.К. фон Ренненкампф) и 10‐й (Ф.В. Сиверс) армий. В Ставке почитали это движение существенным успехом. Так, Георгиевским оружием был награжден организовавший наступление 10‐й армии ее генерал-квартирмейстер барон А.П. фон Будберг. Несколько иронизируя над своим награждением, Будберг писал домой: «Мне удалось очень сильно повлиять на успех наших действий в октябрьских боях, и это вознаградило за все труды и лишения. Правда, что наградили меня слишком щедро, дав Георгиевское оружие. Смешно носить оружие с надписью “За храбрость”, не быв в бою и не видав даже немецкого солдата иначе как пленным. Вообще, в штабе можно умереть от переутомления, но не от пули или шрапнели»[228].

Также германское командование должно было учитывать, что понесшая большие потери в боях у крепости Ивангород 1‐я австрийская армия В. фон Данкля отходила в краковский укрепленный район, оголяя центр на стыке немецких и австрийских армий. Таким образом, теперь немецкая промышленная Силезия осталась прикрыта лишь слабыми и разрозненными германскими частями, бессильными противостоять численно превосходившим русским войскам (2‐я, 5‐я и подтягивавшаяся к ним 1‐я армии Северо-Западного фронта). Если учесть, что в это же время 3, 4 и 9‐я армии Юго-Западного фронта готовились к штурму Краковско-Ченстоховских позиций, 1‐я австрийская армия не имела возможности помочь своим союзникам.

Итак, русская Ставка готовилась к возобновлению наступления в Германию. Для этого к стоявшим на познанском направлениям войскам стала выдвигаться и 1‐я армия: в Ставке посчитали, что для поражения слабых немецких заслонов в Восточной Пруссии достаточно и одной 10‐й армии. Получившая оперативную передышку 1‐я армия потратила середину октября на подготовку личного состава. Приказ командарма-1 от 17 октября гласил: «Впредь до перехода армии в наступление необходимо использовать свободное время на строевое и тактическое обучение войск, имеющих в своих рядах большой процент запасных. Это является в особенности важным для второочередных частей. Для этого ежедневно производить строевые и тактические учения мелкими частями, конечно, не сопровождая их стрельбой»[229]. Получается, что штаб фронта мог рассчитывать, что 1‐я армия, понесшая большие потери в августовской Восточно-Прусской операции, вновь явится значительной силой в предполагавшемся наступлении.

Соответственно, против 9‐й германской армии, только что с большими потерями отступившей от Варшавы, теперь стояли сразу три русские армии – 1‐я (П.К. Ренненкампф), 2‐я (С.М. Шейдеман) и 5‐я (П.А. Плеве). Главную русскую группировку, полностью входившую в состав Северо-Западного фронта, находившегося под командованием Н.В. Рузского (в начале войны – командарм-3), в любой момент могла поддержать и действовавшая с ней на стыке 4‐я армия (А.Е. Эверт) Юго-Западного фронта. В Восточной же Пруссии русские вновь перешли государственную границу и заняли Сталлупенен и Гольдап.

В сложившейся обстановке простое фронтальное сопротивление русским армиям вторжения не могло обещать успеха. Следовательно, немцы должны были прибегнуть к какому-либо нетрадиционному решению, ибо соотношение сил продолжало оставаться на стороне русских. Кроме того, запасы боеприпасов обеих сторон подходили к концу, и потому германские войска уже не могли столь действенно использовать артиллерийский огонь, который дал им преимущество в Восточно-Прусской наступательной операции и позволил одержать ряд успехов в Варшавско-Ивангородской наступательной операции.

Пока армии Северо-Западного фронта, стоявшие напротив Восточной Пруссии, пытались продвинуться вперед, по окончании Варшавско-Ивангородской операции главные силы (центральная группировка на западном берегу Вислы) русских Северо-Западного и правого крыла Юго-Западного фронтов приводили себя в порядок. Директивой Верховного главнокомандующего от 20 октября 2‐й и 5‐й армиям предписывалось остановить преследование и приступить к подготовке к глубокому вторжению в пределы Германии силами трех армий Северо-Западного фронта при поддержке 4‐й армии Юго-Западного фронта. При этом 1‐я армия должна была обеспечивать правый фланг ударной группировки, а 4‐я армия – левый фланг.