От Чернигова до Смоленска. Военная история юго-западного русского порубежья с древнейших времен до ХVII в.

Состоявшаяся затем во Вщиже свадьба Святослава Владимировича и дочери Андрея Боголюбского, а также занятость последнего и его сына Изяслава новгородскими делами заставила южных и смоленских князей в «том же лете» по летописи, или, скорее всего, в начале 1161 года по современному летосчислению, повторить попытку. На этот раз, опасаясь все-таки вмешательства Андрея Боголюбского в случае, если осада затянется, собрано было огромное войско. Руководителем похода был главный союзник и родственник суздальского князя Юрия Святослав, князь Черниговский, участниками – оба его племянника Всеволодовича (Новгород-Северский и Стародубский), «Роман из Смоленска», «Всеслав из Полоцка», кроме того, киевский «полк» (скорее всего, городовой, пеший) и «галичане», то есть всех южно- и западнорусских земель, кроме Переяславской (где сидел Глеб, брат Андрея Боголюбского) и Волынской. Осада длилась пять недель, и, когда наступил голод (при раскопках были найдены ямы, забитые костями лошадей, съеденных во время осады, и затем засыпанные, и братские могилы умерших) и стало ясно, что суздальская помощь на этот раз не подойдет, город сдался. Голод был вызван, вероятнее всего, тем, что жители не успели пополнить запасы после предыдущей осады, опустошением княжеских кладовых во время пышной и престижной свадьбы и временем года – скорее всего, концом зимы. Святослав сохранил престол, но целовал крест черниговскому князю «яко имети ему его в отца место и во всей воли его ему ходити», то есть принес своеобразную личную вассальную присягу Святославу Ольговичу как своему сюзерену. Ясно, однако, что сравнительно благоприятный исход для Святослава Вщижского был достигнут не добровольной сдачей города, не его смирением, а благодаря родству и ранее оказанной и вполне реальной в будущем прямой военной помощи его тестя – Андрея Юрьевича (будущего Боголюбского), «единодержца» Владимиро-Суздальского.

Вследствие этого последнему из Давыдовичей удалось удерживать княжество до своей смерти бездетным в 1167 году и пресечения данной ветви династии Святославичей. Вщижский престол опустел, и, скорее всего, навсегда: для Чернигова было слишком опасно держать отдельного, пусть и «подручного», князя в столь стратегически важном пункте; другое дело – посадник самого князя Черниговского. В итоге как на региональном, так и общерусском уровнях вщижские войны закончились ничем. Если после окончания и даже в процессе цикла конфликтов, начатых карачевской войной 1146–1147 годов, в составе Черниговского оформилось Новгород-Северское княжество, то по результатам вщижских войн границы между ними практически не поменялись: переход Стародуба из состава Новгород-Северского княжества под прямую власть Чернигова произошел позднее, в 1164 году в результате династических комбинаций, а не войн (хотя затем и вызвал военные конфликты). Статус «земли вятичей» с Карачевом как был, так и остался неопределенным и изменчивым.

Основная локальная цель – образование Вщижского княжества – также достигнута не была: возникшее де-факто в 1156 году, через 11 лет оно перестало существовать в качестве полусамостоятельного политического образования. Сферы и объем влияния Смоленска, Суздаля и Киева в чернигово-северских землях по окончании вщижских войн не изменились.

Если в политическом аспекте результаты этих войн оказались нулевыми, то их военно-демографические последствия были иными. Кроме воинов различных русских земель, во время вщижских войн в Подесенье и особенно в округе Вщижа похозяйничали также и «дикие» половцы, приведенные Изяславом Давыдовичем, по примеру двоюродного брата, отличавшегося этим в ходе карачевской войны. Впрочем, им разрешалось грабить только сельскую местность, да и то в землях противника, в города же «союзников» не пускали, ибо последние расценивались как главный, княжеский, трофей этих войн.