От победы к миру. Русская дипломатия после Наполеона

В заключительной части циркуляра дипломатам Австрии, Пруссии и России было поручено сообщить его содержание дворам, при которых они были аккредитованы. Не могло быть истинного счастья для народов без ненарушимого порядка и тишины. Кроме того, три союзные державы, подписавшие циркуляр, не смогли бы достичь своих целей без единодушной и постоянной помощи всех правительств (Европы). Монархи потребовали этой помощи «именем важнейшей пользы… именем целости Гражданского устройства, именем будущих поколений». Они признали великую истину о том, что их власть зиждется на священном доверии, за которое они будут должны дать отчет не только своим народам, но и своим потомкам. В многочисленных документах того времени подчеркивалась обязанность соблюдать законы и обеспечивать благое управление. В этом случае циркуляр, подписанный в Вероне, подчеркнул ответственность монархов за избавление своих народов от ошибок и несчастий, к которым они как правители могли бы подготовиться. Монархам хотелось верить, что во всех верховных правителях, при любой форме правления, они найдут себе верных союзников, равно уважающих дух и букву соглашений, служащих основанием европейской системы. Правовые обязательства, определенные в соглашениях, были не менее важны, чем дух и принципы европейской системы. Циркуляр заканчивался простым утверждением о твердом намерении монархов употребить все, Высшим Промыслом дарованные им силы на спасение и во благо Европы.

Революционные ситуации в Пьемонте и Королевстве Обеих Сицилий были эффективно урегулированы, если не решены полностью. Португалия входила в зону влияния Британии, а Франция, как отмечено в документах Веронского конгресса, брала на себя инициативу в Испании. В то же самое время союзники ожидали, хотя в конечном итоге не смогли, определить общую позицию в отношении Греции. Что касается испанских колоний в Америке, то великие державы, за исключением Великобритании, также не признали неизбежное движение к независимости. К 1825 году почти все испанские колонии в Латинской Америке обрели независимость[444]. Император Александр умер в декабре 1825 года, и Россия пережила свое первое восстание в современной истории – восстание декабристов, имевшее целью реформирование общественного и политического устройства[445]. В 1830 году Франция вернулась на путь революции, Бельгия отделилась от Голландии, а Польша восстала против российского правления. К 1848 году революция вновь охватила бо́льшую часть Западной и Центральной Европы: Францию, Италию, германские государства и Австрийскую империю [Хобсбаум 1999].

Мирные договоры 1814, 1815 и 1818 годов в целом продолжали действовать, но европейский порядок, каким его видели и приняли миротворцы, не мог сдержать народных движений и не содержал подходящих предложений в ответ на радикальные и этнонационалистические идеологии того времени. В последних исследованиях воздается хвала миротворцам за установление дипломатических отношений, которые до 1914 года предотвращали общеевропейскую войну и даже после Первой мировой войны продолжали служить основой европейского единства. В отличие от некоторых современных сторонников европейской идеи Ю. Остерхаммель предлагает более сдержанную и более реалистичную оценку механизма европейского единства. После Венского конгресса, отмечает он, союз европейских государств больше не создавал «хрупкий баланс более или менее автоматически, но требовал политического управления, структурированного базовым набором как явных, так и невысказанных правил»[446]. Как указывалось в предыдущих главах, идеализированное повествование о европейской интеграции не в полной мере учитывает опыт России или ее вклад в установление и поддержание мира в Европе. В эпоху Реставрации Российская империя и ее монарх стояли в центре европейского общества, но в Крымскую войну (1853–1856) Великобритания и Франция сражались на стороне врага, и европейский союз более не представлял собой основной путь к миру[447]. Сепаратные союзы, против которых длительное время выступало российское правительство, вернулись в европейскую дипломатическую игру.

ЗаключениеРусская дипломатия в Европе