На северных окраинах Советского Союза на территории, занятой 20-й горной армией, на всю зиму установилось затишье. Через воды Арктики британские и американские конвои под покровом полярной ночи совершали рейсы в Мурманск и обратно, снабжая советские войска необходимой техникой и материалами для зимнего наступления. После высадки войск союзников в Северной Африке в ноябре 1942 г. туда были переброшены почти все самолеты-торпедоносцы немецких ВВС. В декабре неудачные рейды немецких крейсеров «Хиппер» и «Лютцов» привели Гитлера в ярость. Как следствие, гросс-адмирал Э. Редер был смещен с поста главнокомандующего немецкими ВМС и заменен гросс-адмиралом К. Дёницем, специалистом в области подводной войны. К тому же Гитлер пригрозил порезать на металлолом все немецкие крупные военные корабли.
В Южной Финляндии, на участке, занимаемом финскими войсками, обстановка также была спокойной. Финнов больше занимали события не там, а на других участках Восточного фронта; они все с большей тревогой наблюдали за успехами советских войск. В январе 1943 г., когда немецкая группа армий «Север» стала терять свои позиции в районе Ленинграда, финский Верховный главнокомандующий маршал К. Маннергейм потребовал от командования 20-й горной армии вернуть назад прикомандированные в распоряжение армии финские части. 3 февраля, на следующий день после того, когда сдались последние немецкие части в районе Сталинграда, Маннергейм, президент Финляндии Р. Рюти и члены правительства собрались на совещание и решили, что теперь, после того как наступил поворотный пункт в войне, Финляндии необходимо выходить из нее при первой же возможности. Еще через шесть дней на секретной сессии они проинформировали парламент, что Германия не сможет выиграть эту войну и что необходимо привыкнуть к мысли о неизбежности очередного Московского договора (этот договор положил конец зимней войне 1939–1940 гг.). А еще месяц спустя д-р Хенрик Рамсай, назначенный на пост министра иностранных дел в связи с тем, что имел прочные контакты в Великобритании и США, предпринял первые шаги в поиске сепаратного мира с СССР.
Для немцев было очевидным, что только страх перед русскими может удержать Финляндию в состоянии войны. Новые победы немецкого оружия будущим летом 1943 г. могли бы восстановить моральный дух финнов, но было ясно, что война была уже не такой, как в 1941 г. Она требовала ресурсов, подготовленных резервов и большой массы мужчин призывного возраста – всего того, чем Финляндия уже не располагала. К началу 1943 г. командование 20-й горной армии в своих прогнозах предполагало, что вряд ли следует ожидать серьезной поддержки от финских войск в будущем наступлении и что маловероятно, что финны смогут выстоять под натиском русских в случае их полномасштабного наступления.
В Ленинграде вторая блокадная зима не была такой суровой, как первая. Пока не замерзло Ладожское озеро, небольшие суда подвозили запасы для войск и гражданского населения. На них же из города было эвакуировано около полумиллиона гражданских лиц. Попытки немцев использовать «паромы Зибеля», представлявшие собой катамараны с установленными на них авиационными двигателями, вооруженные легкими зенитными орудиями, для перехвата следующих через озеро транспортов провалились. Осенью 1942 г. русские протянули через озеро электрический кабель и трубопровод для транспортировки в город бензина. Когда вода на Ладожском озере замерзла, они построили на нем ледовую дорогу и протянули электрические провода высокого напряжения. Теперь в городе население имело достаточно продовольствия для того, чтобы по крайней мере выжить, и электричества для обеспечения работы некоторых промышленных предприятий. Но 5–6 тыс. тонн предметов снабжения, которые могли ежедневно доставлять по льду грузовые автомобили, едва обеспечивали потребности города и фронта. Поэтому Ленинград, являвшийся вторым по значению промышленным центром страны, не давал того вклада в борьбу советского государства, на который был потенциально способен, и работа промышленных предприятий города была скорее пропагандистским символом, чем реальным подспорьем стране. Поэтому после того, как провалилась первая попытка (далеко не первая. –