Читаем Отрывки из писем Ингару полностью

Из всех персонажей книги Арагорн, пожалуй, самая титаническая и могучая фигура. Будучи полностью зависим от Элронда, он не только не стал эльфийской марионеткой (как бы хотелось этого кое-кому, не будем показывать пальцем на Золотой Лес), но и приобрёл необычайный авторитет среди Перворожденных. Что удивительно, Элронд, приютивший юного Эстеля из чисто политических соображений, в скором времени стал испытывать к нему отцовские чувства.

Короче, Арагорн — это просто заместитель Гэндальфа. Ни больше, ни меньше, если вы конечно понимаете, о чём я.

Гимли

В отношении гномов у меня сильное подозрение, что их хотели оставить за бортом. Но вмешался Саурон. Именно от него Одинокая гора получила информацию о затевающейся крупной игре. «В знак маленького залога большой дружбы Саурон просит помочь ему найти вора… и отнять у него маленькое колечко, самое распоследнее слабенькое колечко. Хоббит украл его,» — говорит посол-назгул Даину и сулит золотые горы. (ВК, Кн. 2, гл. 2) Саурон и в мыслях не держал, что гномы купятся на его обещания. Цель этого посольства — включить их в игру и спровоцировать на склоку с эльфами. Трудность была в том, что вытащить гнома из горы очень непросто. Назгула пришлось отправлять три раза (!) и методично долбить в одно место. Дошло. Даин заворочался, проснулся и заволновался: а вдруг Кольцо приберут к рукам эльфы! Кошмар! Только не это. И наблюдателем в Раздол едет не кто-нибудь, а именно Глоин, испытывающий к эльфам, мягко скажем, антипатию. И если папаша ещё скрывает своё кредо под приторной вежливостью, то у сыночка частенько ходят на скулах желваки. Гимли прорывает при расставании:«Ненадёжен говорящий „прощай“ на тёмном пути», — заявляет он Элронду(!) (ВК, Кн. 2, гл. 3) «Я не верю тебе», — если перевести. Впрочем, это лирика…

Итак, Элронд вынужден включить в отряд Хранителей гнома, и это больше наблюдатель от союзников, нежели телохранитель Фродо. Если события начнут развиваться нежелательным для Народа Дарина образом, Гимли будет обязан прервать миссию даже ценой собственной жизни. Думаю, не надо напоминать, на что этот парень способен в рукопашной. Эта ноша смертника в далнейшем привела его к духовному сближению с другим таким же наблюдателем-камикадзе.

Леголас

(«Пусть это будэт чэловэк нэ из нашего района»… тов. Саахов к/ф «Кавказская пленница»)

Почему именно сумеречный эльф? Оставим на время Лориен, но в Дольне-то бойцы не хуже. Даже лучше… Тем не менее, с Фродо идет Леголас. Причиной своего появления на совете он называет бегство Горлума. Но это не причина, а, скорее, следствие… Но об этом чуть ниже…

Кстати, что представляет собой Сумеречье? Нам относительно подробно описали Раздол и Лориен… Гавани — у них своя роль (им чуть позже тоже достанется), а вот владения Трандуила — достаточно тёмный лес. Я считаю, что именно здесь можно найти корни трагедии и, если хотите, проклятия эльфов.

Вам не показалось странным, что сын Трандуила ни разу не был в гостях у Келеберна. Они же союзники, один народ, просто добрые соседи, в конце концов. Лориен закрыт, скажете вы, и будете чертовски правы. И особенно закрыт он от всякого сброда, не видевшего света Валинора, не беседовавшего с Вардой и, главное, не являющегося вассалом Светлой Владычицы!

Миссия Леголаса давала Трандуилу уникальную возможность перешагнуть через снобизм Владык Золотого Леса, встать с ними рядом, а то и повыше. На закате своего существования в Средиземье у эльфов наконец-то появился реальный шанс к окончательному сплочению, и шанс этот сотворил Гэндальф. Элронд был полностью солидарен. Галадриэль пошла на сей шаг вынужденно, т. к. предоставить своего кандидата просто не имела возможности.

Но кроме символа единения Леголасу пришлось взять на себя ещё одну задачу, не столь романтичную — контроль за людьми. Если в ходе операции, скажем, у Боромира или, особенно, у Арагорна возникнут собственные идеи в отношении Кольца — в сумке Леголаса найдётся корешок, исцеляющий от всех болезней, в том числе и от властолюбия. У эльфа Раздола рука не поднимется (авторитет Арагорна в Дольне был очень высок), а синдар из Сумеречья сделает всё быстро и без колебаний. И что важно, ответственность за это понесёт только Трандуил, Элронд сохранит и лицо, и союз с дунаданами.

Конечно такой исход предполагался организаторами похода как самый крайний, потому что всё-таки с отрядом шёл

Гэндальф

Перейти на страницу:

Похожие книги

Занавес
Занавес

«Занавес» — это новая книга Милана Кундеры, впервые переведенная на русский язык. Один из крупнейших прозаиков современности вновь погружается во вселенную романа. Автор размышляет о глубинных закономерностях этого сложнейшего жанра, дающего свежий взгляд на мир, о его взаимоотношениях с историей. В сущности, Кундера создает основополагающий курс искусства романа и его роли в мировой литературе. Эссе Кундеры, подобно музыкальной партитуре, состоит из семи частей, каждая из которых содержит несколько блистательных медитаций о судьбах романа и его крупнейших творцов, таких как Ф. Рабле, М.Сервантес, Л.Толстой, М.Пруст, Р.Музиль, Ф.Кафка и др. В «Занавесе» блестяще показано, что работа писателя дает читателю инструмент, позволяющий разглядеть то, что иначе, возможно, никогда не было бы увидено.(задняя сторона обложки)Милан Кундера один из наиболее интересных и читаемых писателей конца XX века. Родился в Чехословакии. Там написаны его романы «Шутка» (1967), «Жизнь не здесь» (1969), «Вальс на прощание» (1970) и сборник рассказов «Смешные любови» (1968). Вскоре после трагедии 1968 года он переезжает во Францию, где пишет романы «Книга смеха и забвения» (1979), «Невыносимая легкость бытия» (1984) и «Бессмертие» (1990). Он создает несколько книг на французском языке: «Неспешность» (1995), «Подлинность» (1997), «Неведение» (2000) и два эссе — «Искусство романа» (1986) и «Нарушенные завещания» (1993).«Занавес» — это литературно-философское эссе Милана Кундеры, переведенное на русский язык в 2010 году. Один из крупнейших прозаиков современности размышляет об истории романа, о закономерностях этого сложнейшего жанра, позволяющего проникнуть в душу вещей, о его взаимоотношениях с европейской историей, о композиции, о романе-путешествии, о судьбах романа и его авторов, таких как Ф. Рабле, М. Сервантес, Л. Толстой, М. Пруст, R Музиль, Ф. Кафка и др.Магическая завеса, сотканная из легенд, была натянута перед миром. Сервантес отправил Дон-Кихота в путь и разорвал завесу. Мир открылся перед странствующим рыцарем во всей комической наготе своей прозы.…именно разрывая завесу пред-интерпретации, Сервантес дал дорогу этому новому искусству; его разрушительный жест отражается и продолжается в каждом романе, достойном этого названия; это признак подлинности искусства романа.

Милан Кундера

Публицистика / Критика / Документальное