Paleo life. Мудрые привычки счастливого человека

• Сокращайте время на фальшивое общение в интернете: это его напрасная трата, стоит вложиться в развитие более богатых, настоящих отношений.

3 Иерархия и статус

На восточном берегу Гудзона, в северной части штата Нью-Йорк, стоят огромные готические развалины: пустые окна, осыпающиеся башенки, заросшие папоротником полы. Почти два века назад это было легендарное место. В Уиндклиффе, построенном для светской львицы Элизабет Шермерхорн Джонс, было 23 комнаты, домик для лодок и атриум в три этажа с крышей из цветного стекла. Дома других влиятельных семей, соревнующиеся с Уиндклиффом в великолепии, незамедлительно появились в долине Гудзона. Асторы создали Фернклифф в 1133,12 га, Вандербильты – огромное поместье с 54 комнатами. Из гонки появилась присказка: «В ногу с семейством Джонсов».

Не имело значения, что эта элита уже владела половиной Верхнего Ист-Сайда; если у других миллионеров теперь были особняки с башенками на севере штата, то и у них, черт побери, они тоже должны быть. Тот же импульс побуждает нас покупать дизайнерские сумки или дом в модном районе. То же самое побуждает людей с огромным достатком и властью искать способы победить своих оппонентов: Джефф Безос строит самую большую в мире яхту, а Дональд Трамп пытается доказать, что на его инаугурации было больше народу, чем у Барака Обамы.

Желание не отставать или превосходить наших сверстников влечет нас в торговые центры и к пластическим хирургам, заставляет работать по ночам и ходить в спортзал по утрам. На видовом уровне подобная борьба может быть хорошей вещью, так как она заставляет людей стремиться ввысь – иногда в буквальном смысле. Знаменитый «маленький шаг» Нила Армстронга в 1969 г. был сделан отчасти благодаря тому, что в 1961 г. СССР послал в космос Юрия Гагарина, и это побудило Кеннеди[38] приложить все силы, дабы США выиграли этот раунд к концу века.

Но хотя страсть к сравнениям и соревнованиям может привести нацию к величию, для отдельного человека она чаще всего приносит лишь отчаяние. Многие исследования показывают, что наше благополучие зависит не только от того, как хорошо у нас все складывается на личном фронте, в карьере, со здоровьем, успешны ли и красивы ли мы объективно, но и от того, как мы ощущаем себя в сравнении с ровесниками[39].

Много лет назад я писала речи для премьер-министра. Разгуливая по коврам коридоров дома номер 10 по Даунинг-стрит[40], я ощущала себя героиней «Западного крыла». Мне нравился новый статус и вполне устраивала зарплата, которая была на 10 000 фунтов больше, чем на предыдущем месте работы. Все было отлично, пока некие слуги народа с лучшими намерениями не решили, что в целях прозрачности стоит сделать публичным размер зарплат работников Даунинг-стрит. Как только вывесили список, мы сгрудились вокруг компьютера коллеги в нетерпении – хотелось узнать, на каком месте мы в этой иерархии. И что же? Как такое может быть? У меня на 15 000 фунтов меньше, чем у нее? На 30 000 фунтов меньше его зарплаты? Стоило мне увидеть, что зарплаты тех, кого я считала равными мне, гораздо выше моей, я будто почувствовала удар под дых. Блаженное неведение сменилось агонией знания. Негодование не давало мне спать по ночам. До Джонсов мне было далеко.

Глубокие корни зависти

Сравнение себя с другими уничтожает радость жизни, но, к сожалению, от него никуда не деться. С точки зрения эволюции зависть и ее вечный спутник – чувство неполноценности – очень легко объяснимы. Чтобы передавать гены, нужно привлечь партнера. А привлечь его можно, только соревнуясь с другими особями своего пола. Чтобы вырваться вперед, нужно оценить конкурентов, осознать собственные недостатки и исправить их. Зависть – защитная система, информирующая нас о наших слабых сторонах для увеличения шансов на размножение.

И вот так, довольно жестоко, человеческий мозг эволюционировал, чтобы поощрять сравнение и отчаяние. Зависть стимулирует переднюю поясную кору мозга, которая ассоциируется как с физической, так и с душевной болью[41]. Как шпоры наездника, впивающиеся в бок лошади, заставляют ее бежать быстрее, боль заставляет нас больше работать над нашей внешностью, карьерой и финансовым благосостоянием. А затем, стоит нам представить, как мы обойдем наших соперников в этой гонке, например купив пиджак за двести фунтов, происходит выброс дофамина, и мы чувствуем себя счастливыми. Не успели мы еще здраво рассудить, можем ли себе его позволить, мать природа уже шепчет: «Бери! Он даст тебе преимущество!»

Хорошая новость в том, что склонность к сравнению себя с другими не является изъяном. Так уж мы устроены. Мы склонны узнавать о жизни окружающих, думать, как мы выглядим на их фоне, и иногда нас съедает зависть. Но плохая новость: современная жизнь превратила эти аспекты человеческой природы в инструменты психологической пытки.

«Гонка»