Наконец наступило утро речи. Как обычно, я суматошно металась по залу, проверяя текст наброска, информируя команду журналистов об эксклюзивных материалах, которые мы предоставляем СМИ, а затем поспешила в конференц-зал, чтобы занять свое место. Включились свет и музыка, я посмотрела на многочисленных репортеров с блокнотами в руках, готовых разобрать по кусочкам результат многих недель моего труда. Премьер-министр поднялся на сцену, и я почувствовала, как свет начал плясать у меня перед глазами, а воздух словно покинул комнату. Я не могла дышать. «Простите, извините…» Я продиралась через ряды, мимо охраны, толкнула двери, выбежала в коридор мимо сотен людей, ждущих снаружи, и побежала по улицам Манчестера. Я не останавливалась около часа, не в себе, отчаянно стараясь оказаться подальше от центра города, от речи и новостной шумихи вокруг нее. Рухнув в дверном проеме, я пролежала на асфальте около часа, прежде чем смогла встать и, прихрамывая, вернуться в отель.
За панической атакой последовали недели серьезной тревожности. Я просыпалась со сжатыми челюстями и ощущением неизбежной катастрофы, холодные щупальца страха проникали во все, чем я занималась: мылась, одевалась, шла до автобуса. Хотя я и раньше испытывала тревогу, на этот раз от нее не было никакой передышки. Надеясь на рецепт антидепрессантов, я рыдала в кабинете терапевта, но ничего не добилась.
Гипертревожное состояние прошло через пару месяцев, но оно принесло свои плоды – я четко осознала выработавшуюся у меня непереносимость новостей. Поначалу я, как обычно, возвращалась к новостям, чтобы успокоиться и отвлечься. Но по мере того, как я прокручивала страницу и на меня обрушивались кричащие заголовки и обычная желчь, я начала испытывать сильное чувство тревоги. Новости не успокаивали, я, наоборот, чувствовала себя еще хуже. Ехидные перепалки в социальных сетях вызывали легкую тошноту. От крикливых телеведущих с их вечными сенсациями у меня начинало давить в груди. Все это было чересчур. Впервые за всю свою взрослую жизнь я просто
Четыре месяца я не выискивала ни одной новости. Я даже избегала их. Дома я не читала новостные сайты и не заходила в социальные сети. На работе я вежливо просила выключать безостановочно работающий телевизор. И как это бывает с избавлением от любой другой зависимости – чем больше времени я проводила без новостей, тем сильнее мне хотелось продолжать воздержание и тем меньше меня тянуло ознакомиться с последними заголовками.
Конечно, если мне требовалось написать для премьер-министра комментарий к срочным новостям, мне приходилось их изучать, но я поняла, что непрерывное их чтение не является необходимым для хорошего выполнения моей работы. При написании речей, касающихся политики правительства, мне не нужно было каждый час обновлять новостные сайты; то, что я считала важным «исследованием», оказалось отвлекающим фактором.
За время новостной аскезы я поняла простую вещь – достаточно часто чтение новостей не приносило мне удовольствия. Как бывает, когда ты съедаешь пачку невкусного попкорна, особо не задумываясь о своих действиях, я потребляла огромное количество неинтересного, ненужного, слегка раздражающего новостного контента, просто потому, что привыкла. С точки зрения новостной трезвости это казалось не «лакомством» для мозга, а утомительной обязанностью.
Вырвавшись из водоворота новостей, я обрела ясность, которой мне не хватало многие годы. Я осознала, что мое внимание – один из самых ценных ресурсов. Мое время также ограничено, и я не собираюсь тратить его на новости, которые вызывают у меня только гнев, тревогу и возмущение.
Постоянное потребление новостей настолько распространено, что многие из нас не признают его за зависимость вовсе. Но осознание их власти над нами и понимание, к каким последствиям это приводит, необходимо для пересмотра наших отношений с ними.
Для начала постарайтесь проследить, как часто вы печатаете название новостного сайта или заходите прочитать новости в соцсетях. Тянитесь ли вы к телефону во время рекламных пауз, чтобы узнать, что происходит? Сидя в метро, переходите ли вы с одного новостного сайта на другой, чтобы прочитать про одно и то же происшествие с разных точек зрения?
Постарайтесь понять, что вы после этого чувствуете. Многие годы мне казалось, будто я наслаждаюсь часами, проведенными за чтением бурных дебатов, вызванных новостями в социальных сетях. Иначе зачем я это делала? Но зависимость так не работает. Когда мы чувствуем в чем-то потребность, это не означает, что оно доставит нам удовольствие. Поэтому перед и после просмотра новостей проследите, как вы себя чувствуете: проинформированными и заряженными энергией или тревожными и раздражительными?
• Получила ли я какую-то полезную информацию?
• Подняло ли мне это настроение?
• Могу ли я как-то повлиять на боль и страдания, которые я вижу?