Paleo life. Мудрые привычки счастливого человека

Физическая активность, не связанная с выживанием и размножением, с точки зрения эволюции – глупое занятие. Поэтому наши предки отдыхали при любом удобном случае. Таким образом, мощный инстинкт сохранять энергию, когда это возможно, – неотъемлемая часть нашей генетики. Наш инстинкт диванного овоща берет начало от наших предков – пещерных овощей.

Проклятие комфорта

Не ругайте себя за то, что диван вам кажется привлекательнее, чем беговая дорожка. Вы не ущербный человек, с вами как раз все в порядке. Эволюция заставляет нас сохранять энергию, быть «ленивыми», когда есть такая возможность. Проблема современного мира в том, что он предлагает слишком много таких возможностей.

Мы не идем за водой к реке, а открываем кран. Мы не собираем древесину для костра, а включаем отопление. Мы не проходим много километров пешком, а едем на машине. Вместо поисков еды мы идем в супермаркет, а если даже этого не хочется, можно заказать доставку. Мы не идем по лестнице, а едем на лифте. У нас есть приборы, упрощающие работу для приборов, упрощающих работу: не хотите таскать по дому пылесос – есть робот-пылесос, тихо скользящий по ковру и всасывающий крошки.

Так свойственный нам инстинкт ничего не делать поощряется культурой комфорта. Современность снимает с нас обязанность двигаться, и в итоге многие из нас двигаются очень мало. Нам становится стыдно, что мы мало двигаемся, ведь мы знаем, как полезна физическая активность, и решаем больше упражняться – записываемся на уроки по зумбе, покупаем очки для плавания.

На короткие периоды жизни я сама становилась надоедливой зожницей, внушая каждому, кто готов слушать, как бег по утрам изменил мою жизнь. Я помню чувство экстаза, приходящее на третьем километре, когда твои ноги, будто неудержимые поршни, смазанные маслом. Я знаю, что физическая нагрузка может ощущаться, как если бы вы взяли усталый мозг и влили в него энергию.

Но дело в том, что у меня, как и у многих других, не вырабатывается долгосрочная привычка к физической активности. Сегодня я мечтаю о «Песчаном марафоне»,[90] а завтра придумываю оправдания, чтобы не надевать новенькие кроссовки. Раньше я корила себя за лень, но теперь понимаю – это все инстинкт по сохранению энергии в моем мозге из каменного века. Мы очень хотим быть здоровыми и подтянутыми, но древний голос шепчет нам: «Сиди спокойно». К тому же специфика современной работы позволяет большинству из нас так и поступать.

Новое курение

В течение пары лет, когда мне перевалило за тридцать, я будто бы жила с мячом для гольфа в заднем проходе. По крайней мере, ощущения были такими. Копчик, таз – я испытывала всевозможные боли. Я потратила тысячи фунтов на лечение: покупала клиновидные подушки, инвестировала в ужасно дорогое эргономичное кресло, пробовала рейки и рефлексологию[91]. Я ходила к физиотерапевтам, которые развязывали узлы в тазовом дне; к остеопатам, считавшим, что проблема в моей походке; к хиропрактикам, назначавшим иглоукалывание. Один врач прописал эстроген. Другой предложил инъекции блокады полового нерва. Еще один предложил закачать ботокс в гениталии (нет, спасибо).

В итоге нашлось единственно верное решение. После пяти лет работы на Даунинг-стрит я уволилась, взяла давно заслуженный отпуск и поехала в путешествие по Испании. Там, в Альгамбре, под аркой с орнаментом, я вдруг осознала, что уже много дней не испытываю боли. Я внезапно поняла, в чем же была проблема. Как при развязке в криминальной драме, луч света упал на причину всех моих неудобств: старое офисное кресло.

Пять лет, около двенадцати часов в день я проводила за рабочим столом. Спина была прилеплена к стулу большую часть времени, пока я бодрствовала. Почему я не поняла раньше, что проблема в этом? Потому что сидеть подолгу – это норма. Средний офисный работник сидит по десять часов в день[92]. С 1961 по 2005 г. общее время, проведенное британцами в сидячем положении, увеличилось примерно на 50 %[93].

Сидение уже назвали «новым курением». Звучит слишком драматично, но у нас уже есть подтверждение связи сидячего образа жизни с диабетом, депрессией, проблемами с сердцем, ожирением, деменцией, проблемами с опорно-двигательным аппаратом и даже раком.

Разве охотники-собиратели смогли бы устоять перед мягоньким удобным поросшим мхом камнем? Конечно, нет. Время, которое собиратели нашего времени проводят в расслабленных, не стоячих позах, схоже с нашим: почти десять часов в день. Но зато оно регулярно прерывается. Они не сидят перед экраном, почти не двигаясь, по несколько часов.

Еще одно важное отличие заключается в том, как они сидят. Они не отдают весь вес креслу, а сидят на корточках или на коленях, в позах «активного отдыха», требующего задействовать больше мышц, чем расслабленная поза в кресле[94]. Мы видим разницу в подходе к сидению, анализируя кости предков. Миллионы лет назад у homo erectus мы находим характерные изменения таранной кости, означающие, что человек проводил много времени вприсядку[95].