Paleo life. Мудрые привычки счастливого человека

Еще одним потрясением для мозгов из каменного века является городской шум. В процессе эволюции мы стали очень чувствительны к звуку. В течение сотен тысяч лет слух являлся основным инструментом, чтобы остаться в живых, – для некоторых это так и сейчас. Антрополог Джером Льюис описывает поездку на охоту в густом лесу с людьми из племени мбенджеле баяка в Конго: «Все члены группы, включая детей, мгновенно реагируют на треск, низкий гул или зов животного, останавливаясь на полпути, балансируя на одной ноге, если нужно. Безмолвные и неподвижные, они напрягают слух, чтобы услышать звуки, которые подскажут им, нужно ли бежать, чтобы спастись, можно начать погоню за ужином или продолжать двигаться вперед»[179].

Штуки по обеим сторонам нашей головы развивались и стали остро чувствительными. А теперь представьте, какой стресс – подвергать их встрече с какофонией звуков в среднестатистическом городе: крики, клаксоны машин, гремящая музыка. Шумовое загрязнение влияет на наш биохимический анализ крови сильнее, чем выброс выхлопных газов[180]. Оно даже вызывает диабет второго типа[181]. Шумовое загрязнение вызывает выброс гормона стресса кортизола, который повреждает наши кровеносные сосуды и приводит к высокому давлению и сердечным приступам[182]. Люди, живущие рядом с шумными дорогами, имеют на 25 % больше вероятность столкнуться с симптомами депрессии, независимо от их финансового положения или окружения[183]. Мы привыкаем к постоянному навязчивому шуму, думаем об этом как о чем-то естественном, но на протяжении всей долгой человеческой жизни это было совсем не так.

Квадратный мир против круглого мира

Возможно, самым большим шоком для нашего путешественника во времени из каменного века были бы не люди и не шум, а – не принимая во внимание парки – отсутствие природы. Я жила в Лондоне и временами испытывала сильную тревогу, мне удавалось дотащиться до ближайшего кафе, чтобы встретиться с другом, пожилым джентльменом, греком по национальности. Встреча эта была своего рода походом к Мудрецу. Я пожаловалась ему на тревожное состояние: такое чувство, как будто сам город душил меня. Он медленно прожевал кусок круассана, уставившись в пространство, прежде чем произнести со своим восхитительно сильным акцентом: «Твоя проблема вот в чем: ты проводишь слишком много времени в квадратном мире и слишком мало времени в круглом». Чего?

«Ты сидишь в квадратной квартире и смотришь телевизор, который тоже квадратный. Ты идешь по дорогам, которые упираются в квадратные дома. Ты смотришь в компьютер целый день, который тоже квадратный. Слишком много прямых линий. Это ранит твою душу. Твоя душа предназначена для круглого мира».

Хотя концепция квадратного-круглого мира показалась мне безумной, недавно я осознала заложенную в ней мудрость. Посмотрите на диаграмму внизу. Вы, возможно, видели ее раньше, но ничего, подыграйте: какая линия длиннее?

Иллюзия Мюллера-Лайера

Линия наверху может показаться длиннее, но на самом деле они одинаковы. Ученые раньше считали, что все люди воспринимают подобные вещи одинаково. Затем, в 1960-х гг., антропологи показали эту же иллюзию членам племени зулусу в Южной Африке. Они не попались на уловку. Почему? Потому что, как объяснили исследователи, они живут в окружении природы, где прямые линии и углы – очень редкое явление. В отличие от них, мы в нашем индустриальном Западе, растем в мире, полном прямых линий, квадратных зданий и углов, затянутых коврами. Поэтому когда мы видим эти линии, наши мозги начинают воспринимать стрелы на концах как углы комнаты или зданий, которые, в свою очередь, искажают наше восприятие их длины.

Вам, наверное, интересно, каким же образом это связано с городами и природой. Разное видение иллюзии Мюллера-Лайера раскрывает кое-что очень интересное. Окружение, в котором мы растем, – это не пассивный фон, не оказывающий на нас почти никакого влияния; он формирует то, как мы воспринимаем вещи и даже как функционирует наш мозг. Большую часть времени на Земле мы жили в мире изогнутых линий и неровных органических форм – «круглый мир», как описал его мой греческий друг, без прямых линий, за исключением линии далекого горизонта. Теперь мы живем большую часть времени в «квадратном мире», окруженные прямыми линиями, квадратами и углами. Может ли это, на каком-то глубинном уровне, влиять на внутреннее равновесие, которое мы унаследовали из каменного века? Наша тоска по природе позволяет предположить такой вариант.

Эволюционная потребность в природе