Пассивная агрессия. Тактики противостояния необъявленной войне

– Вот об этом я как раз и хочу сказать. Могу ли я взять тайм-аут до завтра, чтобы подготовиться к нашей встрече как следует? У меня есть план и некоторые исследования, но я не захватила их с собой, так как тема встречи была другая. Можем ли мы завтра встретиться на полчаса, чтобы обсудить план исправления ситуации?

– Конечно. Без проблем.

– Спасибо! Тогда не буду вас больше задерживать.

Анастасия применяет третий шаг: анализирует факты, разрабатывает план действий по устранению кризиса. В начале своего испытательного срока девушка первым делом разослала приветственные письма всем руководителям подразделений. В этих же письмах она просила разрешения на опрос сотрудников по темам обучения. Все руководители ответили согласием, а Павел Николаевич ничего не ответил. Анастасия попросила узнать Олега, в чем причина. Тот «сходил на разведку» и принес новости: сейчас у подразделения горячее время и им не до анкет, нужно вернуться к вопросу позже. Через две недели Олег сказал, что горячая пора еще не закончилась. А еще через две недели предложил уже и не анкетировать, а сразу идти с предложениями, чтобы не упустить времени. Анастасия так и сделала: собрала все предложения от других подразделений, чтобы использовать их как пример. Олег взялся сам провести встречу, ведь он лучше знает «непростой» характер руководителя подразделения. И пришел с выводом: ничего из того, что мы предложили, не понравилось… Дальше Анастасия рассуждать не стала. Ситуация стала ясна.

Анастасия применяет четвертый шаг: согласовывает план выхода из кризиса с руководителем подразделения и берет «вину» на себя.

– Павел Николаевич, добрый день!

– Добрый.

– Позвольте я сразу перейду к делу. Два месяца назад я составила вот такую анкету для сотрудников, – Анастасия протянула лист руководителю, – и разослала по подразделениям. От вашего подразделения пришла обратная связь о том, что сейчас высокий сезон и вам не до анкет.

– Какой высокий сезон? Он у нас только через два месяца начнется!

– Это моя вина, – ответила Анастасия. – Я не уточнила этот момент. Далее я опросила все подразделения, все запросы сводились к двум ключевым. Я их вывела отдельно и предложила вот такой план развития, – Анастасия снова протянула несколько листов бумаги руководителю. – Со мной согласились все подразделения, и мы начали выполнять план. От вас было сообщение, что план не подходит.

– Я вообще никаких планов в глаза не видел и никаких сообщений не делал!

– Это тоже моя вина, – ответила Анастасия. – Я не проверила факты, которые до меня донесли. Но тем не менее у нас с вами есть возможность все исправить прямо сейчас: вы можете присоединиться к общему плану или я могу все же провести анкетирование и выработать новый план специально для вас.

– Я уже ничего не понимаю… Вы действительно что-то делали для нас?!

– Делала. Но это не имеет значения, потому что мои действия ни к чему не привели. Так что не будем копаться в прошлом, а подумаем над планом. Что скажете?

– Сколько времени вам нужно на анкетирование?

– Двух дней мне хватит.

– А на анализ проблем и предложение нового плана?

– Думаю, еще один день.

– То есть через три дня у меня будут результаты анкеты и ваш новый план?

– Именно так.

– Мне нравится такой подход. Давайте действовать!

Что Анастасия получила в результате продуманных действий тактики? Подведем итоги:

• Жертва изменила мнение третьих лиц о себе и своих профессиональных качествах.

• Вышла из кризисной ситуации, решив ее к удовлетворению двух сторон.

• Сохранила с третьей стороной хорошие отношения, не вовлекла руководителя в «копание в грязном белье», позволила сохранить репутацию.

• Ее самооценка не рухнула вниз.

• Конфликт не затянулся в бесконечном отстаивании своей правоты и вины агрессора.

Как могли бы развиваться события, если бы не использовалась техника? Анастасия могла бы сразу кинуться в защиту себя перед руководителем: «Неправда! Я пыталась несколько раз запустить опрос! Я предлагала план!» Но по факту таких событий не было. Ведь с самим руководителем Анастасия не встречалась и не обговаривала ни анкет, ни плана. В этом секрет агрессора: как только жертва начинает действовать напрямую, она попадает в его ловушку. Жертва не можете знать, как эту информацию преподнесли третьей стороне. Анастасия могла бы вызвать Олега и в присутствии руководителя попросить его пересказать то, что он говорил вам. Но сделал бы это Олег? Скорее всего, нет. А письменных доказательств у Анастасии нет. Она снова осталась бы виноватой стороной, но при этом прослыла бы еще истеричкой: заставляет говорить о том, чего не было. Кроме того, все эти выяснения и оправдания никак не меняют ситуацию к лучшему: задача остается невыполненной. И не важно, кто в этом виноват. Можно было бы не брать вину на себя. Ведь виноват Олег. Но руководитель это понял в любом случае. Анастасия взяла ответственность на себя, тем самым оградив руководителя от вины в ситуации. Это благородный шаг, который показывает, что с Анастасией, в отличие от Олега, стоит иметь дело.