Читаем Первые шаги: Как прямохождение сделало нас людьми полностью

Лодыжка Арди во многом напоминает обезьянью. Ее стопа не могла бы естественным образом полностью опираться на землю, как у человека, зато обладала большей подвижностью и позволяла хвататься за ветви деревьев, когда она поднимала другую ногу, чтобы сделать шаг. Внутренняя сторона ее стопы почти такая же, как у шимпанзе, с мощным хватающим большим пальцем, но тыльная сторона больше похожа на человеческую. Кости стопы должны были в середине соединяться, образуя жесткую, негибкую платформу, которой можно было отталкиваться от земли при передвижении на двух ногах.

Кости Ardipithecus ramidus рассказывают удивительную историю о наших с вами стопах. Их развитие в процессе эволюции шло от наружной стороны к внутренней. Человеческая стопа – это поразительная мозаика анатомических признаков, которые складывались в единую структуру на протяжении миллионов лет. Внешняя сторона является древней, она приобрела человекоподобную форму на раннем этапе нашей эволюционной истории – безусловно, к тому времени, когда появился ардипитек, а возможно и раньше. Внутренняя же сторона изменилась не так давно – примерно к тому времени, когда появилась Люси. Пальцы наших ног, вероятно, самое позднее эволюционное изменение: они укоротились и выпрямились лишь в последние 2 млн лет.

Кости Арди свидетельствуют о том, что древнейшие двуногие гоминины отталкивались внешней стороной стопы, когда ходили на двух ногах. Они не переносили вес на большие пальцы ног, как большинство из нас сегодня, потому что отводили их в сторону от стопы наподобие большого пальца руки, готовые схватиться за ветви дерева. Хождение на двух ногах при подобном строении стопы было, вероятно, неэффективным, но ардипитека это вполне устраивало. Это был компромисс для животного, которое проводило много времени, карабкаясь по деревьям, но спускалось на землю, чтобы переходить от одного кормового участка к другому на двух ногах{127}.

То, что было обнаружено древнее двуногое существо, сочетавшее прямохождение с лазанием по деревьям, на самом деле неудивительно. У нас уже имелись свидетельства существования подобного существа – окаменелые остатки оррорина возрастом 6 млн лет и другого вида ардипитека – A. kadabba. Удивительно то, каким образом Уайт и его давний коллега Оуэн Лавджой, благодаря ардипитеку, смогли по-новому взглянуть на зарождение бипедализма. Их идеи по праву можно назвать революционными.

В детстве одной из моих любимых книг была «Гигантская золотая книга динозавров и других доисторических рептилий» (Giant Golden Book of Dinosaurs and Other Prehistoric Reptiles). Прошло несколько десятилетий с тех пор, как я в последний раз перелистывал ее страницы, но до сих пор помню изображенные на них впечатляющие сцены. Перед глазами встает гигантский бронтозавр в болоте, с пастью, полной листьев. Я помню, как меня одновременно пугал и завораживал вид длинношеего динозавра, на которого нападает аллозавр.

Эти захватывающие образы создал художник Рудольф Заллингер, уроженец России, известный главным образом как автор настенной росписи «Эпоха рептилий» длиной 33,5 м в Музее естественной истории Пибоди в Йельском университете. Эта роспись и легла в основу иллюстраций «Золотой книги». В 1965 г. компания Time Life выпустила серию научно-популярных книг в 25 томах. Там были книги о планетах, океанах, насекомых, Вселенной и разных континентах. Все тома были прекрасно иллюстрированы, и Заллингер получил заказ на оформление одного из них под названием «Древний человек» (Early Man).

Он мастерски скомпоновал художественные представления об известных человекообразных обезьянах и древних предках человека на четырехстраничном разворачивающемся вкладыше. На этой иллюстрации, если смотреть слева направо, наши сгорбленные предки изображены постепенно, но неуклонно распрямляющимися. Видно, что сначала этот переход происходит не без усилий, поскольку предки остаются сгорбленными, но постепенно, примерно ко времени появления кроманьонцев, они полностью выпрямляются, приобретая вертикальное положение, характерное для человека. Этот рисунок – так называемый «Марш прогресса»{128} – со временем превратился в общеизвестный, хотя и несоответствующий действительности, культовый символ, который можно увидеть на кофейных кружках, футболках и наклейках на бампер.

Поищите в интернете словосочетание «эволюция человека», и, безусловно, найдете целый ряд изображений шимпанзе, постепенно превращающейся в человека. Иногда это просто силуэты. Иногда ряд начинается с шимпанзе с темной шерстью, медленно превращающегося в белокожего мужчину, подозрительно похожего на Чака Норриса, – от этого образа так и веет расизмом и сексизмом. Некоторые такие рисунки перечеркнуты красным – в знак протеста со стороны креационистов.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже