Читаем Первые шаги: Как прямохождение сделало нас людьми полностью

Черепа были маленькими, размер мозга сопоставим с мозгом Homo habilis. У них также были относительно маленькие зубы, но, как и у Australoipithecus и ранних Homo, зуб мудрости оказался самым крупным из моляров. Плечи были приподняты, как у Люси, но предплечья короче, чем у нее. Кости кисти очень напоминали человеческие, за исключением того, что имели изогнутые пальцы. Таз и бедра выглядели как у Люси. Ноги были длинными, как у Homo, но имели относительно маленькие суставы. Стопы выглядели во многом как у нас с вами, разве что были плоскими по современным стандартам и отличались изогнутыми пальцами.

В общем, найденные гоминины казались более человекоподобными, чем австралопитеки, но менее похожими на человека, чем Homo erectus.

Это делало нового гоминина кандидатом на включение в человеческий род – в качестве промежуточного звена между Australopithecus и Homo erectus. Но так ли это? Homo habilis уже предъявил свои права на эту роль. При таком сочетании анатомических признаков я предполагал, что новые окаменелости будут иметь возраст около 2 млн лет.

Однако в этих костях было нечто странное. Окаменелости могут быть тяжелыми как камень, но эти кости оказались легкими. Несколько окаменелостей из пещер Южной Африки тоже были легкими, потому что были естественным образом декальцинированы под воздействием кислых подземных вод. Я предположил, что это произошло и в пещере Райзинг Стар.

Через год исследований силами международной команды в составе 47 ученых мы в сентябре 2015 г. объявили миру, что эти окаменелости относятся к совершенно новому виду нашего рода. Мы назвали его Homo naledi{237}.

Еще год прошел, прежде чем наша группа геологов установила, когда жили Homo naledi. Было использовано два подхода. Прежде всего, была определена скорость радиоактивного распада в окружающем находки известняке, чтобы узнать, сколько времени прошло с тех пор, как кости упали в пещеру. Кроме того, был определен возраст крупиц эмали зубов Homo naledi методом датирования посредством электронно-спинового резонанса[14].

Результаты, полученные с помощью двух методов, совпали. И эти результаты потрясли ученых.

Оказалось, что возраст костей всего 260 000 лет{238}. Иными словами, Homo naledi жил одновременно с ранними представителями нашего с вами вида. Именно поэтому их кости были такими легкими. Они пролежали в пещере слишком мало времени, чтобы превратиться в камень.

Всего мгновение назад, по геологическому времени, древние люди современного типа делили планету с Homo naledi, неандертальцами, денисовцами и островными «хоббитами». Все они, безусловно, встречались и в некоторых случаях скрещивались.

И все они, разумеется, ходили на двух ногах, правда немного по-разному.

Обладатель коротких ног и длинных стоп Homo floresiensis ходил как человек в снегоступах – короткими шагами, поднимая колени. Им приходилось высоко поднимать ноги, чтобы не споткнуться о собственные стопы, и, возможно, им было трудно бегать.

О Homo luzonensis нам известно немногое, но, судя по единственной окаменелой кости стопы, средняя часть их стоп была подвижнее, чем у нашего с вами вида. Это могло негативно влиять на их способность отталкиваться от земли, из-за чего они передвигались, словно человек в тапочках с мягкой подошвой. Зато благодаря этому они лучше нас лазали по деревьям, если им приходилось искать в кронах пищу или прятаться от опасности.

Мы почти ничего не знаем о том, как ходили денисовцы, поскольку у нас пока нет достаточного количества их костей. Другое дело – неандертальцы. Их ноги и стопы были почти такими же, как наши, но небольшие отличия свидетельствуют о том, что они были хорошо приспособлены к очень быстрому бегу на коротких дистанциях и перемещениям из стороны в сторону по пресеченной местности.

А что можно сказать о Homo naledi? Их кости указывают на то, что они ходили во многом так же, как человек современного типа, но из-за плоскостопия и суставов, недостаточно крупных для того, чтобы гасить силу удара стопы о поверхность, не обладали нашей выносливостью. Это должно было ограничивать территорию их обитания.

Совсем недавно, всего 50 000 лет назад, гоминины разных видов ходили по Земле, немного по-разному используя территорию, на которой они обитали. Однако период Средиземья продлился недолго.

Вскоре остались только мы, Homo sapiens.

Мы не знаем, почему сегодня являемся единственными прямоходящими гомининами{239}. Однако мы точно знаем, что не истребляли неандертальцев и денисовцев. Мы рожали с ними общих детей и приняли их гены в наш общий генофонд. Судьба же Homo naledi и островных «хоббитов» все еще остается загадкой.

<p>Часть III</p><p>Поступь жизни</p><p><emphasis>Как прямохождение сделало нас теми, кто мы есть, от первого шага до последнего</emphasis></p>
Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже