Первые шаги: Как прямохождение сделало нас людьми

Перед родами головной мозг плода едва ли можно назвать маленьким. Объем мозга у новорожденного человека в среднем 370 см³ – такой же, как у взрослого шимпанзе{298}. Да, наши новорожденные появляются на свет относительно беспомощными, но не потому, что рано родились.

Почему же у женщин не сформировался более просторный таз, чтобы роды были проще и безопаснее? Понадобилась бы всего-то пара сантиметров со стороны каждого костного препятствия – чуть более высокий костный обод и чуть дальше расставленные седалищные бугры{299}.

В течение долгого времени сохранялось следующее представление, не подкрепленное фактическими свидетельствами: поскольку организм женщин приспособлен к деторождению, они не так хороши в ходьбе, как мужчины. Таким виделся эволюционный компромисс ради возможности рождения младенцев с большим головным мозгом и крупным телом. Считалось, что еще большее увеличение таза женщины сделало бы для них невозможным передвижение на двух ногах. Лишь недавно эта идея была проверена и тоже, по всей видимости, оказалась ошибочной.

«Сначала я целиком и полностью ее разделяла», – сказала Анна Уорренер, антрополог из Колорадского университета в Денвере, когда я спросил ее, всегда ли она скептически относилась к предположению, что возможности женщин в плане ходьбы были частично принесены в жертву деторождению. Однако, по ее словам, «никто не собирал данных» для проверки этой идеи.

Будучи аспиранткой Университета Вашингтона в Сент-Луисе, она объединила усилия с Германом Понцером, ныне профессором Университета Дьюка, чтобы восполнить этот пробел. Так как Уорренер занимается не только антропологией, но еще и балетом, благодаря своему опыту она способна тонко различать нюансы того, как двигаются люди. Она ставила женщин и мужчин на беговую дорожку и замеряла, сколько углекислого газа те выдыхают при ходьбе. Чем больше выделяется CO₂, тем выше расход энергии. Кроме того, она измерила таз каждого участника исследования с помощью МРТ. Согласно акушерской дилемме Уошберна, люди с самыми широкими бедрами должны тратить больше всего энергии.

Однако это не так. В 2015 г. Уорренер сообщила, что предполагаемой связи между шириной бедер и энергоэффективностью ходьбы попросту не существует{300}.

Чтобы разобраться в этом вопросе, я отправился одним февральским морозным утром в Тихоокеанский университет в Сиэтле, чтобы встретиться с антропологом Карой Уолл-Шеффлер. За ночь в Сиэтле выпало 50 мм[20] осадков (снега), и движение в городе было парализовано. Как истинный житель Новой Англии, я не стал обращать внимания на погоду и пешком отправился на встречу, которая состоялась в ее кабинете, забитом книгами, бумагами, копиями человеческих окаменелостей и поделками ее детей из лего. На рабочем столе красовался миниатюрный пластмассовый таз человека. Исследователи-аспиранты то и дело просовывали голову в дверь, чтобы сообщить о ходе эксперимента в соседней лаборатории.

Еще во время обучения в магистратуре Кембриджского университета Уолл-Шеффлер заинтересовалась неандертальцами, в частности великолепным скелетом неандертальца из пещеры Кебара в Израиле. Неандерталец из Кебары скончался около 60 000 лет назад и был намеренно погребен своими соплеменниками. Хрупкий частичный скелет включает подъязычную кость, ребра и почти все кости таза.

Изучив эти кости, Уолл-Шеффлер была озадачена.

«Итак, передо мной был огромный широкий таз мужской особи неандертальца, – заметила она. – Притом никто никогда не утверждал, что широкий таз ограничивал способности неандертальцев ходить. Меня это смутило, потому что считается, что женщины по этой же причине ходят хуже мужчин. Я просто подумала, что это не так. Женщины – бутылочное горлышко эволюции. Это объект естественного отбора – женщины, вынашивающие детей. С чего бы эволюция стала ухудшать их способность к ходьбе из-за увеличения ширины бедер? Делать их менее эффективными? Это не имело смысла с эволюционной точки зрения».

Более того, исследование сообществ охотников-собирателей выявило ложность нарисованного Уошберном образа «медленно передвигающейся матери». От народа хадза в Танзании до яруро в Венесуэле женщины ходят в среднем около 10 км в день{301}. Было бы бессмысленно, если бы у женщин, которые так много ходят, в процессе эволюции сформировались анатомические особенности, делающие локомоцию неэффективной.

Ученые действительно находили свидетельства того, что естественный отбор прекрасно приспособил женский скелет для решения уникальной проблемы млекопитающих – быть двуногими и вынашивать детей.