Читаем Первые шаги: Как прямохождение сделало нас людьми полностью

Мы с женой работаем в одном колледже, и я иногда вижу, как она прогуливается по лужайкам кампуса. Я узнаю ее по одной лишь походке, даже если нахожусь слишком далеко, чтобы разглядеть лицо. Каждый человек – будь то Джон Уэйн с его развинченной и слегка разбалансированной походкой, Дороти, спешащая к Волшебнику из Страны Оз, Мэй Уэст, преувеличенно покачивающая бедрами, или передвигающийся вприпрыжку Шегги из мультсериала «Скуби-Ду» – ходит только одному ему присущим, узнаваемым образом.

Это не просто наблюдения из жизни.

В 1977 г. психологи из Уэслианского университета Джеймс Каттинг и Линн Козловски впервые провели эксперимент с целью установить, могут ли люди узнавать друг друга по походке{319}. Они снимали на камеру идущих людей, после чего заменяли их фигуры контурами из светящихся пятнышек, как это делается в наше время в Голливуде с помощью технологии захвата движения. В результате испытуемые не могли ориентироваться по такими признакам, как цвет волос или строение тела. Ученые установили, что даже если превратить человека в контур из огоньков, друзья прекрасно его узнают.

С тех пор многочисленные исследования подтвердили, что все мы способны узнавать друзей и родственников по одной только походке{320}. Оказывается, у нас в мозге есть области, тонко настроенные на решение этой задачи.

Например, в 2017 г. социолог Карина Хан (в настоящее время работает в Национальном институте стандартов и технологий в Мэриленде) провела исследование с участием 19 человек, во время которого испытуемому, помещенному в аппарат МРТ, показывали видеозаписи, на которых их знакомые шли навстречу зрителю{321}. Область мозга, находящаяся непосредственно за ушами (верхняя височная борозда) активировалась, когда они узнавали людей по походке. Когда идущий человек оказывался достаточно близко, чтобы можно было распознать лицо, включалась другая область мозга испытуемого{322}.

То, как ходит человек, не только позволяет опознавать его, но и рассказывает о нем многое другое. Мы прекрасно определяем настроение, намерения и даже черты характера по походке человека. Поникшие плечи и усталая походка воспринимаются как проявление горя. Пружинящий шаг говорит о том, что человек счастлив. Громкое топанье может выражать гнев. Исследования показывают, что мы судим о подобных вещах не только на основе интуиции{323}.

Впрочем, люди не могут с абсолютной точностью интерпретировать подобные сигналы и их способности в этом отношении различаются. Результаты исследования, проведенного в 2012 г. в Даремском университете (Великобритания), продемонстрировали, что мы считаем других отважными, дружелюбными, заслуживающими доверия, нервными, общительными или отзывчивыми, судя по их походке, тогда как сами эти люди могут оценивать себя совершенно иначе{324}. Иногда мы делаем неверные выводы о человеке на основе оценки его манеры ходить.

Как выяснилось, особенно хороши в подобных оценках психопаты. В 2013 г. Анджела Бук, психолог из Университета Брока в Онтарио (Канада), сняла на видеокамеру идущих по коридору старшекурсников и показала эти видеозаписи 47 заключенным, отбывающим наказание в тюрьме строгого режима, попросив при этом определить, насколько уязвимы эти люди по шкале от 1 до 10{325}. Заключенные – особенно определяемые как психопаты – в заполненных после просмотра опросниках указали, что учитывают особенности походки при выявлении людей слабых или уязвимых по другим причинам. Старшекурсники, выполнявшие то же задание, на эти признаки никак не реагировали.

Из этого следовали пугающие выводы. Как отметила Бук, Тед Банди, признавшийся в изнасиловании и убийстве 30 женщин и девочек в 1970-х гг., как-то похвастался, что мог «выбрать жертву по тому, как она шла по улице, по наклону ее головы, по тому, как она держалась»{326}.

С эволюционной точки зрения представляется целесообразным, чтобы все млекопитающие, включая людей, могли легко распознавать разные биологические виды и особей собственного вида и даже определять их настроение исходя из того, как те двигаются.

С учетом свидетельств, говорящих о том, что в прошлом разные виды гоминин ходили по-разному, можно предположить, что способность понимать, относится ли группа гоминин, кормящаяся неподалеку, к твоему или другому виду, обеспечивала преимущества, а возможно, и выживание. Умение выявлять едва заметные различия в походке могло бы помочь в такой идентификации. Если же по особенностям походки делается вывод, что незнакомцы относятся к твоему виду, как узнать, кто они для тебя – друзья, родственники или чужаки? От ответа на этот вопрос, возможно, зависит, избежишь ли ты конфликта или нарвешься на неприятности.

Способность различать настрой других по походке также могла давать преимущество. Была ли охота успешной, или охотники уныло тащатся с опущенными головами? Кто-то бредет хромая, значит, он ослаблен! Крупный самец принимает позу подчинения – это говорит о возможности смены лидера, как происходит сейчас в стаях шимпанзе.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже