Читаем Первые шаги: Как прямохождение сделало нас людьми полностью

Особенности походки и позы являлись важнейшими способами коммуникации у гоминин, не знающих членораздельной речи, столь же, а то и более значимыми для наших предков, как сегодня для нас.

Оказывается, походка не единственный элемент ходьбы, по которому нас можно идентифицировать.

«Следы ног подобны отпечаткам пальцев», – объяснил мне Омар Костилья-Рейес.

Прохладным осенним утром он встретил меня в Центре исследования мозга и когнитивных наук в кампусе Массачусетского технологического института (МТИ). На нем была расстегнутая серая толстовка поверх футболки с надписью «Я люблю НАСА». Уроженец Толуки, небольшого городка в пригороде Мехико, он получил докторскую степень в Манчестерском университете (Великобритания), где разработал алгоритм идентификации человека по отпечаткам ног.

Костилья-Рейес выявил 24 признака, отличающие следы одного человека от следов другого{327}. Он рассказал, что его алгоритм верно идентифицирует людей по отпечаткам ног в 99,3 % случаев, что является наилучшим результатом в этой области на сегодняшний день.

Меня это впечатлило, но оставались некоторые сомнения. Разве нельзя обмануть алгоритм, изменив походку, как это сделал мнимый калека Кайзер Созе в фильме «Подозрительные лица» (The Usual Suspects)? Возможно, сказал Костилья-Рейес, но, когда алгоритмы машинного обучения будут основываться на большем количестве данных, их не удастся сбить с толку никакими трюками.

Я тут же представил себе полы аэропортов со встроенными датчиками давления. Сотрудникам Управления транспортной безопасности больше не придется внимательно рассматривать паспорта и посадочные талоны. Благодаря этим датчикам или камерам, фиксирующим нашу походку, правоохранители смогут распознавать человека независимо от того, повернут он лицом или спиной.

Чтобы узнать об этом больше, я позвонил Раме Челлаппе, профессору факультета инженерных наук Мэрилендского университета, специализирующемуся в области распознавания походки и машинного обучения. В 2000 г. он получил грант Министерства обороны США на исследование ходьбы как средства идентификации, хотя в последние два десятилетия научное сообщество в целом больше склонялось к распознаванию лиц, сочтя такой подход более эффективным.

«Все мы ходим по-разному, но все это пока на уровне научного исследования», – сказал он и добавил, что неправильного угла наклона видеокамеры, изменения характера поверхности, по которой идет человек, или наличия у него груза достаточно, чтобы исказить походку и сказаться на точности идентификации. Более того, при движении в толпе будет сложно выделить индивидуальные особенности походки. Я вспомнил (возможно, выдуманную) историю о том, как американских шпионов учили класть в обувь камешки или монетки, чтобы немного изменить походку и остаться неузнанными.

Во время нашей встречи в МТИ Костилья-Рейес сказал мне, что благодаря развитию технологий компьютерного зрения и методов машинного обучения распознавание лиц стало дешевле и эффективнее распознавания походки, но сочетание обоих подходов могло бы быть особенно продуктивным.

Кроме того, как считает Костилья-Рейес, существует возможность применения анализа походки и в сфере здравоохранения. Одним из первых симптомов деменции и болезни Альцгеймера является изменение походки{328}. Эти заболевания можно было бы выявлять на ранних стадиях, если бы кабинеты врачей и/или дома престарелых были оборудованы датчиками давления стоп пациентов при ходьбе.

Это еще не все. В 2012 г. Мариос Саввидес, компьютерный инженер из Университета Карнеги – Меллона, разработал приложение, позволяющее смартфону распознавать походку своего владельца{329}. Встроенные в смартфон крошечные гироскопы и акселерометры регистрируют мелкие различия в том, как ходят люди. Поскольку походка каждого человека уникальна, телефон останется заблокированным, если не распознает голос и движения пользователя. Аналогичное приложение используется некоторыми чиновниками Пентагона, а выход его коммерческой версии ожидался в 2021 г.

Ходьба всегда представляла собой нечто-то большее, чем перемещение из одного места в другое. Она является и всегда являлась социальным феноменом. Сегодня мы воспеваем уединенные, посвященные размышлениям прогулки Торо, Вордсворта и Дарвина, но в нашей эволюционной истории гулять в одиночестве редко было хорошей идеей. Вплоть до самого недавнего времени исполненная созерцанием прогулка, совершаемая в одиночку, без сомнения, закончилась бы тем, что человек оказался бы в смертельных тисках челюстей леопарда или какого-нибудь другого хищника.

Мы часто ходим в компании, подобно рыбам в косяке, и представляется вероятным, что так же вели себя и наши предки. Из повседневного опыта давно известно, что люди, идущие вместе, неосознанно координируют свои шаги, но эмпирические доказательства этого были получены лишь в 2007 г.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже