Читаем Первые шаги: Как прямохождение сделало нас людьми полностью

Ари Зивотовски из Лаборатории по изучению двигательной активности глаз и зрительного восприятия при Университете Бар-Илана (Израиль) и его коллега Джефри Хаусдорф из Тель-Авивского университета и Медицинского центра Сураски (Тель-Авив) провели исследование, во время которого 14 учениц средних классов по заданию ученых ходили по школьному коридору{330}. Исследователи обнаружили, что, когда девочки шли парами, они синхронизировали шаги. Повязки на глазах, не позволяющие им видеть друг друга, не повлияли на результат. Что неудивительно, легче всего синхронизация достигалась, если девочки держались за руки. Я не мог не вспомнить о следах, оставленных 3,66 млн лет назад в Лаэтоли, явно свидетельствующих о синхронизации ходьбы. Может быть, оставившие их австралопитеки держались за руки.

Через год после экспериментов Зивотовски в другом исследовании было установлено, что люди, идущие по соседним беговым дорожкам в тренажерном зале, неосознанно синхронизируют шаги{331}.

В 2018 г. Клэр Чемберс, научный сотрудник факультета нейронаук Пенсильванского университета, проанализировала походку людей, изучив около 350 видеозаписей, выложенных на YouTube{332}. Она обнаружила свидетельства того, что во всем мире, от Лондона до Сеула и от Нью-Йорка до Стамбула, люди – даже незнакомые – синхронизируют шаги друг с другом во время ходьбы.

Иногда, однако, за синхронизацию ходьбы приходится платить.

Стивену Кингу было всего 18 лет, когда он написал свою первую книгу «Долгая прогулка» (The Long Walk){333}. По сюжету 100 подростков и юношей выстраиваются на границе штата Мэн и Канады и идут на юг со скоростью 6,5 км/ч. Если кто-то из участников сбавляет скорость ниже этого минимума, то получает предупреждение. Три предупреждения – и нарушителя расстреливают сопровождающие молодых людей солдаты на автомобилях. Вдоль улиц собираются толпы зевак, подбадривающие участников. Долгая прогулка заканчивается, когда остается только один – победитель.

Особенно захватывающей эту книгу для человека, как и я изучающего ходьбу, делает установленный минимум скорости – 6,5 км/ч. Кросс-культурное исследование психологов Роберта Левина и Ары Норензаяна, охватившее свыше 2000 человек из 31 страны, показало, что люди, идущие в одиночестве по ровным городским улицам, движутся со скоростью около 4,8 км/ч{334}. Ирландцы и голландцы в среднем ходят несколько быстрее (5,8 км/ч), а бразильцы и румыны склонны к более расслабленной ходьбе (4 км/ч).

В ходе исследования, проведенного в 2011 г., ученые из Института движения человека в Мюнхене (Германия) собрали данные о скорости ходьбы 358 человек разного возраста и получили среднее значение 4,5 км/ч, постепенно уменьшающееся с возрастом{335}. При такой скорости люди передвигаются поразительно эффективно и могут идти очень долго, не утомляясь. Если бы Кинг в своей книге установил нижний предел скорости 4,5 км/ч, повествование не было бы таким захватывающим.

Затраты на перемещение нашего тела растут вместе со скоростью{336}. Юноши из романа Кинга были измучены психически, эмоционально и, разумеется, физически. Необходимость поддерживать темп ходьбы в 6,5 км/ч, чтобы остаться в живых, – вот что ужасает в этой «Долгой прогулке».

Конечно, люди могут ходить с разной скоростью в силу многих причин, отчасти культурных, отчасти анатомических, но в определенной степени это связано с базовыми принципами энергетики. Попробуйте пойти со своей нормальной скоростью. Теперь ускорьте темп и идите быстрее. Это потребует дополнительной энергии. Однако если вы замедлитесь до скорости улитки, на то, чтобы не сорваться на предпочтительную для вашего тела скорость передвижения, тоже потребуется энергия. У каждого имеется оптимальная скорость ходьбы. Что же происходит, когда люди с разными оптимальными для себя скоростями идут вместе?

Представьте двух идущих рядом людей, быстроногого и медлительного. Ускоряет ли шаг тот, кто ходит медленно, неся все энергетические затраты, или идущий быстрее замедляется и берет это бремя на себя? Что происходит в большой группе людей, каждый из которых имеет собственную оптимальную скорость ходьбы? Когда The Beatles шли через Эбби-роуд, Ринго взял на себя все энергетические издержки или только их часть? Похоже, ответ заключается в том, что люди тяготеют к среднему значению, неосознанно приходя к оптимальной скорости, минимизирующей энергетические потери группы в целом.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже