Петр Столыпин. Последний русский дворянин

По официальным данным, в 1906–1914 годах численность переселенцев достигла (без учета вернувшихся) 3,312 млн человек. Число же «возвращенцев» оценивается из расчета от 12 до 16 % переселенцев (около 530 тысяч). Причины этого тоже вполне объяснимы традиционными российскими реалиями. Как обычно, то, что долго запрягали, поехало через пень-колоду. В самый неподходящий момент выяснилось, что численность переселявшихся и темпы переселения превышали темпы подготовки участков к заселению. Недостаточно было чиновников для этой работы, их квалификация не всегда отвечала требованиям, имели место взяточничество и коррупция. Это приводило к нарушениям порядка заселения: в ряде мест не успевали готовить участки, проводить к ним дороги. Переселенческие пункты еще строились, а переселенцы уже прибыли. Ссуды выдавались не в полном объеме, а частями, порою весьма незначительными. Само собой, через «откаты». К тому же, как назло, 1910 и 1911 годы Сибирь поразила засуха, что разорило множество не успевших обжиться переселенцев.

И тем не менее если до переселения в огромном таежном краю происходило сокращение посевных площадей, то за 1906–1913 годы они были расширены на 80 %, в то время как в европейской части России лишь на 6,2 %. По темпам развития животноводства Сибирь также обгоняла европейскую часть России. Да и население Сибири за годы колонизации увеличилось на 153 %. Как раз именно Кривошеину за «сибирский вариант» был присвоен негласный титул «министр Азиатской России». Как раз ему принадлежит фраза о том, что «земля должна находиться в руках того, кто лучше других сумеет взять от земли все, что она может дать», и ради этого надо отказаться от «несбыточной мечты, что в общине все могут оказаться сытыми и довольными».

Цена вопроса

Всего, по подсчетам историков, за 1907–1913 годы на землеустройство было израсходовано 134,5 млн рублей, на переселение – 162 млн рублей. К этому следует приплюсовать правительственные ссуды крестьянам (почти 33 млн из средств ГУЗИЗа) и помощь от земств на агрономические нужды (66 млн рублей). Набегает порядка 400 млн рублей. При этом стоимость приобретенных у Крестьянского банка и при его посредстве земель за 1906–1913 годы составила 1,125 млрд рублей, из которых сами крестьяне уплатили только 190 млн. Иными словами, ранее прибыльный банк работал себе в убыток. Дефицит покрывался за счет казны. С другой стороны, Крестьянский банк скупал земли по 45 рублей за десятину, продавал же их по 115–125 рублей за десятину (300 % барыша в качестве перестраховки по невозвратам ссуд), а кредит под залог земли и на сравнительно краткие сроки выдавал на кабальных условиях. При неуплате в срок процентов и очередных платежей по возврату долга банк отбирал у должников и продавал заложенную землю. Так что не исключено, что господа банкиры тоже наводили тень на плетень для пущей лояльности перед премьером.

Если за первые шесть лет нового века численность кредитных кооперативов увеличилась в стране с 800 до 1431, а ежегодный прирост равнялся 105 кооперативам, то за последующее пятилетие количество кредитных кооперативов превысило 11 тысяч, а ежегодный прирост перекрыл соответствующие показатели предшествующего периода почти в 11,5 раза. Ведущее положение среди различных форм кооперативов занимали кредитные и ссудо-сберегательные товарищества. При этом, если объем сбережений в ссудосберегательных товариществах за период с 1905 по 1915 год вырос в 6 раз, то в кредитных – более чем в 41 раз.

Масштабы столыпинского «дела всей жизни» можно оценить хотя бы по тому, что за 1907–1915 годы изменить условия землепользования пожелало почти 6,2 млн домохозяев (более половины всех крестьянских дворов России, или 67 % общинных хозяйств страны). Реформа продолжалась и после смерти премьера. По данным профессора Давыдова, на 1 января 1916 года были закончены подготовкой 87 855 землеустроительных дел по 105 104 земельным единицам для 3,8 млн домохозяев на площади в 34,3 млн десятин. Таким образом, общая площадь, охваченная землеустройством, составила без малого 375 тысяч квадратных километров и превысила территорию современных Германии и Черногории, вместе взятых. И это без учета 10 млн десятин, перешедших к крестьянам посредством Крестьянского банка, и без землеустройства Сибири, которое превысило 22 млн десятин. В среднем посевная площадь в 62 губерниях империи расширилась на 15,6 %. Причем земли, полученной в собственность, а не в аренду, что резко повышало ее ценность. К тому же для интенсификации производства товарной продукции сельского хозяйства и повышения урожайности государство пошло и на оснащение села техникой. С 1905 по 1913 год объем ежегодных закупок сельхозтехники вырос в 2–3 раза. Закупалось много и зарубежной техники – например, в 1909 году на 31,8 млн рублей. Плуг быстро и почти повсеместно вытеснял соху. Большую помощь русскому крестьянству и переселенцам оказывали широкие мелиоративные работы, в частности в Средней Азии.