Pioner Talks. 30 разговоров сегодня о том, что ждет нас завтра

Они должны себя чувствовать безгласными. Потому что опора этого ультраменьшинства – относительно небольшое меньшинство бюрократии, госкапиталистов и силового сословия. Вот эти люди должны чувствовать себя мотивированными, что у них просто есть права, что до известной степени им гарантирована безнаказанность в случае их лояльности, а наказание последует только в том случае, если они нарушают внутрикорпоративные этические принципы. При этом людям – простым, обычным, маленьким людям – предлагается декларативная система, где есть добро и зло, но меньшинство при этом следует исключительно праву сильного и праву внутрикорпоративной лояльности.

Люди, требующие от нас соблюдать законы, платить налоги, почитать старших и уважать власть, при этом освобождают себя от соображений совести и морали. И больше того – когда им пытаются это предъявить на «Ютьюбе», они это с циничным видом игнорируют или высмеивают. То, что мы видели в случае с Иваном Голуновым и Павлом Устиновым, это не торжество справедливости. Это купирование политическим менеджментом на относительно начальном этапе волны общественного негодования – в одном случае журналистского сообщества, в другом – актерского сообщества, которое опасно своими инстаграм-аккаунтами. Когда у тебя там Равшана Куркова или Павел Деревянко, у которых по два миллиона подписчиков, начинают бузить и политизироваться на глазах, хотя до этого они были достаточно аполитичными людьми, конечно же, это тренд, который необходимо пресекать, убрать раздражители. Дальше они сажают всех других принимавших участие в этих митингах, потому что это тоже, как и выпуск Устинова или Голунова, манипулирование общественным мнением, по большому счету. Теперь мы показываем, что будет со всеми остальными.

На ваш взгляд, существует ли в мире страна справедливости?

В Скандинавии более-менее порядок наведен. Я думаю, это по-настоящему связано со сменяемостью и ограниченностью срока пребывания у власти всех элит. Чем элиты более сменяемы, чем больше они ротируются, тем чаще непростой человек имеет шанс оказаться простым человеком. Тем больше он думает об установлении правил, которые бы в случае потери власти его защитили. Главная наша беда заключается в том, что установленные правила гарантируют несменяемость власти и сохранение интересов людей, достаточно случайно попавших во власть 20 лет назад. Виноват ли герой Ивана Янковского, играющего полицейского в «Тексте», в том, что он такой засранец?

Нет, не очень. Он – слабохарактерный человек, падкий на соблазны, который попадает в систему, окончательно его развращающую. Система династическая, система, у которой в порядке вещей вот это «межвидовое скрещивание», когда судьи выдают детей замуж за милицейских генералов. Прийти в милицию и расследовать дела о коррупции товарищей, рискуя собой, рискуя своими детьми, репутацией, – это надо быть человеком с невероятным внутренним стержнем. И точно так же с обратного полюса этой системы, в тюрьме – попав в места не столь отдаленные, нужно опять же быть человеком невероятной внутренней силы, чтобы противостоять давящей на тебя системе с тюремной этикой, остаться верным своим собственным этическим принципам. Абсолютное большинство людей просто живые люди, и, разумеется, их и то и другое переформатирует или переламывает.

Поэтому здесь, по большому счету, речь идет не столько о том, что милиционеры родятся плохими. Опять же, милиционеры в семьях, у себя, я думаю, они хорошие. Но они играют по определенным правилам, выполняя свою функцию, которые их «обесчеловечивают» и развращают. Но когда они выходят в отставку или их увольняют по сокращению, тут-то они и начинают говорить всю правду, что, действительно, это несправедливая история. Как будто они просыпаются. Есть знаменитый паблик «Омбудсмен полиции», где бывший полицейский теперь с увлечением изобличает различные злоупотребления внутри некогда «родной» системы в интересах якобы своих же коллег.

Думаю, большая часть присутствующих здесь скорее относится к категории простых людей, чем к категории непростых людей. Вы сидите здесь, а не в местах заключения, значит, вам не подбрасывали наркотики, и вы не были безвинно осуждены по статье 228.1 УК РФ. Но возможность того, что это произойдет, есть. Меня в 2019 году четыре раза без объяснения причин милиция доставала из такси и обыскивала.

Серьезно?

Более чем. Ты возвращаешься из клуба или из бара, тебя достает милиция из машины и шарит по твоим карманам.

А паспорт спрашивали, еще что-то?