Читаем Пиво в Средневековье полностью

Сорт mumme пользовался широкой популярностью на территории Европы в XVI–XVII столетиях. Легенда гласит, что впервые это пиво было сварено человеком по имени Кристиан Мумме в Брауншвейге в 1492 году, но этому противоречит сохранившееся свидетельство о том, что оно производилось еще в 1425 году. О вымышленности этой истории может также говорить то, что пиво под названием «mom из Дордрехта» упоминалось еще раньше — в 1285 году. Безусловно, сорт оказался крайне долговечным, и даже в XX веке пиво mum считалось первосортным. В Брауншвейге было пиво mom, предназначенное для потребления в городе, и более крепкое schiff-mumme, иногда даже английское mum, которые отправляли на экспорт в Голландию и Англию. Это был сезонный напиток, во всяком случае в XVII веке, когда производство ограничивалось только мартом. Пиво было густым, крепким, темным, приправленным множеством добавок, которые придавали ему горьковатый вкус. В их качестве могли выступать еловая кора, первоцвет, побеги березы, душица, чабрец и свежие яйца, но точный состав всегда держался в секрете[510]. Пиво хорошо переносило дорогу, отличалось крепостью, а значит, долгим сроком хранения, могло выдержать даже путешествие в тропики. В XVII веке оно оказывалось в столь далеких местах, как Южная Африка и Индия. Многие пивовары старались повторить брауншвейгский успех. К концу XVII века пивовары из Неймегена в восточной части Голландской Республики тоже начали варить этот сорт. Когда король Дании Кристиан IV в 1623 году отменил запрет на импорт пива, введенный им же двумя годами ранее, ограничение продолжило действовать только для одного сорта, и это было пиво mom, так что оно сохраняло статус элитного напитка и серьезнейшего конкурента на иностранных рынках[511].

Другим часто упоминаемым первосортным пивом, которое пользовалось широкой популярностью в северо-западной Европе, было Joopen или Joopenbier — темное, красно-коричневое, сладковатое, плотное, медленно текущее и очень дорогое пиво из Гданьска, которое производилось также в ряде мест Германии XVI века. Существовало около тридцати видов Joopenbier, одним из которых было Preussing. Бытовало поверье, что Joopenbier помогает при многих болезнях — например, лечит синяки и запоры. С учетом его высокой стоимости Joopenbier стоит рассматривать скорее как лекарство, хотя высокая концентрация питательных веществ в плотном пиве делала его даже более ценным напитком, чем двойное пиво[512]. Этот сорт был настолько дорогим (высокие налоги впоследствии подняли его цену еще выше), что импортировать его, например, в Голландию приходилось небольшими партиями не более двух литров и зачастую не в бочках. В XVI веке Гданьск стал основным поставщиком зерна в Голландию и вместе с основным грузом ввозил в небольших количествах свой высококачественный напиток. С другой стороны, пиво из Айнбека почти никогда не продавалось в Голландии, хотя в условиях жесткой конкуренции в Германии пользовалось большим успехом. Проникновению на север Нижних Земель, вероятно, препятствовали высокие транспортные затраты, которые для пива из внутренних районов Германии были выше, чем для продукта, который ввозили в голландские порты исключительно морским путем.

Несмотря на то, что импорт всегда составлял лишь незначительную часть общего потребления пива, власти тратили чрезмерное количество времени на борьбу с ним. Импортное пиво стоило существенно дороже, облагалось большими и разнообразными налогами, а местные пивовары воспринимали его как угрозу своим продажам и своей прибыли. Бум пивоваренной отрасли в Нижних Землях XV века и позже в Англии подтолкнул власти улучшить классификацию пива, чтобы более эффективно и справедливо облагать отрасль налогом. Различные названия и определения пива, основанные на количестве используемого зерна, в зависимости от веса или сорта, оказались неэффективными. Пивовары предпочитали давать своим сортам самые разные наименования. Новое название могло обеспечить конкурентное преимущество или сбить столку сборщиков налогов. В конце концов, производители XVI века постоянно пробовали извлечь максимальную выгоду из нового продукта, каким было охмеленное пиво. В этой неразберихе новых названий и их значений выразилось состояние всего пивоварения в XVI веке. Причины этого были не только техническими, но и экономическими, и политическими. Правительственный контроль всей отрасли, ее налогообложения и регулирования, а также попытки пивоваров от этого контроля уклониться, способствовали появлению множества новых названий и категорий, что только усиливало путаницу.

Глава 12. Налоги и протекционизм

Уже в первой половине XV века, задолго до эпохи небывалого оживления пивоваренного законотворчества, были ясны общие схемы и векторы регулирования этой области. Власти стремились контролировать не только объем напитка, но и частоту варки, размер и маркировку бочек, тип и количество необходимого зерна, а также выход на рынок.

Перейти на страницу:

Все книги серии История и наука Рунета. Страдающее Средневековье

Тело Папы
Тело Папы

Книга известного итальянского медиевиста Агостино Паравичини Бальяни представляет собой масштабный экскурс в историю папства – древнейшего духовного института Европы. Читателю предстоит познакомиться с ритуалами, сопровождавшими избрание и погребение великих понтификов, узнать, какие сакральные начала скрыты за их телесной оболочкой и как Курия толковала понятия бренности и вечности.В основе книги – рассуждения автора о сущности власти, о божественном и природном в человеке. Мир римских пап с мечтами о долголетии и страхом смерти, спорами о хрупкости тела и бессмертии души предстает перед нами во всем его многообразии.Перевод книги на русский язык выполнил российский медиевист, доктор исторических наук, специалист по культуре средневекового Запада Олег Воскобойников.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Агостино Паравичини - Бальяни

История
Изгои Средневековья. «Черные мифы» и реальность
Изгои Средневековья. «Черные мифы» и реальность

Закрытая община иноверцев, много столетий жившая в фанатичной христианской Европе. Алчные ростовщики и вероломные предатели – и поджидающие их за стенами квартала изощренные наветы и кровавые погромы. Как вы думаете, о каком народе мы сейчас говорим?Евреи. Как наглядно показывают писатели и кинематографисты, их тысячу лет ждали только презрение, ненависть и кровопролитие. Но так ли это на самом деле и сколько в этом стереотипе правды? Галина Зеленина расскажет вам совсем другую историю средневековых евреев и их заклятых соседей христиан – историю, которую реконструируют ученые. И поверьте – здесь есть, чему удивиться.В этой книге мы поговорим:– о политике церкви и короны, стремлении к законности и незаконных гонениях на евреев;– о повседневных контактах христиан и евреев в средневековом городе;– об иудео-христианской полемике, знаменитых диспутах и их последствиях;– о насилии, мученичестве и мессианских ожиданиях.История христиан и евреев содержит много загадок и мифов, которые должны быть раскрыты и исследованы. Давайте вместе начнем приоткрывать завесу этой тайны.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Гила Лоран

История
Легенды Царьграда
Легенды Царьграда

Настоящую книгу составили переводы греческих текстов VIII–X веков, рассказывающих различные истории, подчас фантастические, о древней культуре Константинополя. Заброшенные в «темные века» здания и непонятные статуи внушали горожанам суеверный ужас, но самые смелые из них пытались проникнуть в тайны древних памятников, порой рискуя жизнью. Загадочные руины обрастали пышными легендами, а за парадным фасадом Города крылся необычный мир древних богов и демонов.Путешествуя по «воображаемому Константинополю» вместе с героями текстов, читатель сможет увидеть, как византийцы представляли себе историю дворцов и бань, стен и башен, храмов и монастырей, а также окунуться в прошлое и даже будущее столицы христианского мира.Книга «Легенды Царьграда» составлена и переведена Андреем Виноградовым, российским историком, исследователем Византии и раннего христианства.

Андрей Юрьевич Виноградов

История
Изобретение новостей. Как мир узнал о самом себе
Изобретение новостей. Как мир узнал о самом себе

Книга профессора современной истории в Университете Сент-Эндрюса, признанного писателя, специализирующегося на эпохе Ренессанса Эндрю Петтигри впервые вышла в 2015 году и была восторженно встречена критиками и американскими СМИ. Журнал New Yorker назвал ее «разоблачительной историей», а литературный критик Адам Кирш отметил, что книга является «выдающимся предисловием к прошлому, которое помогает понять наше будущее».Автор охватывает период почти в четыре века — от допечатной эры до 1800 года, от конца Средневековья до Французской революции, детально исследуя инстинкт людей к поиску новостей и стремлением быть информированными. Перед читателем открывается увлекательнейшая панорама столетий с поистине мульмедийным обменом, вобравшим в себя все доступные средства распространения новостей — разговоры и слухи, гражданские церемонии и торжества, церковные проповеди и прокламации на площадях, а с наступлением печатной эры — памфлеты, баллады, газеты и листовки. Это фундаментальная история эволюции новостей, начиная от обмена манускриптами во времена позднего Средневековья и до эры триумфа печатных СМИ.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Эндрю Петтигри

Культурология / История / Образование и наука

Похожие книги

Эра Меркурия
Эра Меркурия

«Современная эра - еврейская эра, а двадцатый век - еврейский век», утверждает автор. Книга известного историка, профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина объясняет причины поразительного успеха и уникальной уязвимости евреев в современном мире; рассматривает марксизм и фрейдизм как попытки решения еврейского вопроса; анализирует превращение геноцида евреев во всемирный символ абсолютного зла; прослеживает историю еврейской революции в недрах революции русской и описывает три паломничества, последовавших за распадом российской черты оседлости и олицетворяющих три пути развития современного общества: в Соединенные Штаты, оплот бескомпромиссного либерализма; в Палестину, Землю Обетованную радикального национализма; в города СССР, свободные и от либерализма, и от племенной исключительности. Значительная часть книги посвящена советскому выбору - выбору, который начался с наибольшего успеха и обернулся наибольшим разочарованием.Эксцентричная книга, которая приводит в восхищение и порой в сладостную ярость... Почти на каждой странице — поразительные факты и интерпретации... Книга Слёзкина — одна из самых оригинальных и интеллектуально провоцирующих книг о еврейской культуре за многие годы.Publishers WeeklyНайти бесстрашную, оригинальную, крупномасштабную историческую работу в наш век узкой специализации - не просто замечательное событие. Это почти сенсация. Именно такова книга профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина...Los Angeles TimesВажная, провоцирующая и блестящая книга... Она поражает невероятной эрудицией, литературным изяществом и, самое главное, большими идеями.The Jewish Journal (Los Angeles)

Юрий Львович Слёзкин

Культурология