Под давлением. Ответы кардиолога на самые частые вопросы о гипертонии

Однажды, около 15 лет назад, я лично имел возможность убедиться в безопасности периндоприла. В тот день на даче мы всей семьей сели обедать. Я почувствовал, что борщ имеет странный лекарственный привкус и горчит. Все остальные члены семьи ели его с удовольствием, поэтому я не стал капризничать и съел всю порцию. На самом дне тарелки я заметил несколько наполовину растворившихся таблеток, внешне похожих на таблетки периндоприла, который тогда принимала моя бабушка. Упаковка с таблетками пропала… Оказалось, что мой трехлетний племянник решил «посолить» борщ, подражая взрослым. Солонки на столе не оказалось, и вместо нее он использовал почти полный флакончик периндоприла. «Подсоленная» тарелка досталась мне.

В первые несколько минут я, конечно, испытывал некоторое волнение, но потом успокоился. На всякий случай позвонил дежурному токсикологу в НИИ скорой помощи, но он заверил меня, что такие дозы препарата для здорового человека совершенно безопасны. Действительно, в тот день я не почувствовал никаких неприятных ощущений, хотя прислушивался к себе очень внимательно.

До сих пор не знаю точно, сколько периндоприла я тогда принял, но скорее всего не менее 100 мг, что в десять раз превышает максимальную терапевтическую дозу. Препараты практически любых других групп при такой передозировке вызвали бы тяжелое отравление.

Ингибиторы АПФ настолько прочно вошли в нашу жизнь, что мы уже просто не понимаем, как можно лечить больных без этих поистине волшебных препаратов. Когда мои пациенты начинают жаловаться на обилие назначенных таблеток («как же надоело каждый день глотать эту химию!»), я напоминаю, что с их помощью мы излечиваем настолько тяжелое заболевание, что прием нескольких таблеток в день не кажется слишком высокой ценой.

Глава 12 Блокаторы рецепторов к ангиотензину

Международные названия таких препаратов оканчиваются на – сартан (лозартан, вальсартан, кандесартан, телмисартан, азилсартан).

Первый препарат этой группы появился в арсенале врачей лишь в середине 1990-х годов – это был лозартан. Вскоре добавились новые, и к настоящему времени синтезировано девять «сартанов». К моменту начала применения первого «сартана» ингибиторы АПФ успешно использовались более двух десятилетий. Ввиду сходного механизма действия и практически одинаковых показаний фармацевтическим фирмам пришлось с большим трудом внедрять эти препараты в клиническую практику. Действительно, зачем врачам назначать, а пациентам принимать какие-то новые лекарства, если ингибиторы АПФ успешно справляются с аналогичными задачами? Для этого должны быть веские основания. И такие основания нашлись! Во-первых, «сартаны» не вызывают сухого кашля, который, как мы помним, является самым распространенным побочным эффектом ингибиторов АПФ. Заменив «прил» на эквивалентную дозу «сартана», мы гарантированно избавляем пациента от кашля. Блокаторы рецепторов к ангиотензину – единственная группа препаратов, которые практически не вызывают побочных эффектов. По крайней мере, их количество при приеме «сартанов» сравнимо с таковым при приеме плацебо, то есть «пустышки». Учитывая, что ингибиторыАПФ переносятся несколько хуже и при их длительном применении возможно ускользание эффекта, назначение «сартанов» выглядит более предпочтительным.