Подражание и отражение. Портретная гравюра в России второй половины XVIII века

разныя преизрядныя картины и эстампы у живописца Николая де Пери, жительствовавшего на Литейной улице в доме церкви Великомученика Пантелеймона священника Самуила Васильева[280].

В 1771 году придворный живописец Эриксен продавал с публичного торга золото, серебро и «картинки живописныя и печатныя»[281]. В объявлении 1793 года сообщалось, что «подле дровяного магазейна по Мойке № 576» продавали «лучших мастеров живописныя картины и до 2000 Аглинских эстампов»[282], а в 1795 году «за Галерным двором подле запасного дровяного магазейна по Мойке № 576» — «собрание оригинальных живописных картин в золотых рамах», а также «аглинские и итал. естампы, статуи в человечий рост, бюсты из мрамора, резные столы и прочая скюлптурная работа», которые можно было купить за деньги или выменять на продукты или вещи[283].

Бытование гравированных и живописных портретов

Судя по сохранившимся свидетельствам, гравированные изображения, подобно живописным полотнам, было принято помещать в рамы и вешать на стены. Уже в московском доме князя В. В. Голицына в резных рамах висели «четыре листа немецкие, за лист по пяти рублей, да портреты Великого Князя Михаила Федоровича, Алексея Михайловича, Федора, Иоанна и Петра Алексеевичей, да четыре парсуны королевские»[284]. В своих воспоминаниях русский писатель и ученый А. Т. Болотов упоминал о том, как в 1754 году

нашел у дяди моего десятка два печатных и разрисованных картинок, изображавших страдания Христовы. Немецкие сии и изрядные эстампы прибиты были у него гвоздиками к стене под самым почти потолком рядышком, и от долготы времени и от мух так потемнели, что почти ничего не видать было, что на них написано и изображено. Я досадовал, что были они в таком небрежении, и мне захотелось их все для себя срисовать. Я выпросил их у дяди и трудился над срисовыванием оных весь почти Великий пост и имел потом великое удовольствие видеть спальню мою украшенную ими[285].

В сохранившейся описи дворца в Тайнинском 1758 года было отмечено, что в пяти «холодных» покоях верхнего «апартамента» имеется «картин разных… на полотне восемь, да одна печатная на бумаге Его Императорского Величества Петра перваго персона в рамах»[286].

В газетах также можно было встретить объявления о продаже гравюр в рамах. В декабре 1761 года в Санкт-Петербурге

имеющие требование на отъезжающем отсюда алмазных дел мастере Гороте, сыскать его могут на монастыре Католицкой кирки. У негож продаются Французския канапе, стулья, изрядные комоды с марморными досками, стенные часы, гридоровальныя фигуры в золотых рамах, поваренная посуда, карета, сани и прочее[287].

В 1788 году

в Маховой улице у Семионовскаго мосту против церкви Симеона Богоприимца в доме под № 106 продаются разные вещи, как то подержанная карета, коляска <…> естампы в золоченых и простых рамах[288].

В 1791 году: «По Мойке в доме Его Сиятельства Графа Ангальта у повара Шмидта продаются Аглинские, Франц. и Италианские Эстампы в рамах и под стеклами»[289]. В 1795 году «небольшое собрание гравированных картин под стеклом в рамах продается на Галерном дворе в доме г-жи Вольф под № 262»[290]. В 1798 г.