Читаем Подражание и отражение. Портретная гравюра в России второй половины XVIII века полностью

Живописцу Стефано Торелли было пожаловано 3500 рублей за написание парадного портрета Екатерины II, представленного им при дворе в январе 1765 года и заслужившего, по свидетельству Штелина, «изрядное одобрение Ее императорского величества», которая подарила его Сенату[248]. При этом Рослин за портрет князя А. Б. Куракина «просил всего 300 руб.; за копию, исполненную в его мастерской, 45 руб.; за два портрета Павла Петровича 400 руб., то есть по двести рублей за каждый»[249]. Как заметил Сидоров, «гонорары Левицкого, к счастью, более или менее известные, важны как типичные для русского портретиста XVIII века. За 2 портрета «благородных девиц» Левицкий получил в 1772 году 200 рублей. Портрет Сеземова стоил всего 50 (!) рублей. За портрет Екатерины 1783 года Левицкий в два приема получил 2500 рублей — это высшая его награда. Обычно царские его портреты оплачивались по 750–800 рублей»[250]. По свидетельству Штелина, в 1772–1773 годах Левицкий «требовал и получал уже 1000 рублей за портрет Ее императорского величества в рост»[251]. В 1797 году Левицкий «запросил за портрет Марии Федоровны в рост 2500 рублей, Лампи за парадный портрет П. Зубова — 6800 (правда, вместе с рамой), а за портрет Александра и Константина — 12 тысяч рублей. Боровиковский же за портрет Муртазы-Кули-Хана получил <…> 1200 р.»[252]. Как сообщал кабинет-секретарь В. С. Попов, 12 сентября 1795 года императрица распорядилась выплатить Боровиковскому за «два портрета Ея императорского высочества великой княгини Елизаветы Алексеевны» 500 рублей[253], в то время как австрийский живописец Лампи за портрет Екатерины II получил в 1793 году 12 000 рублей[254]: по сообщению А. П. Мюллер, обычно этот художник брал за портреты по 300 рублей, а за копии в своей мастерской — по 45 рублей[255]. Гонорар французской художницы М.‐Э.‐Л. Виже-Лебрен за написание портрета великих княжон Александры Павловны и Елены Павловны (1796; ГЭ) составлял 3000 руб.[256] Беспрецедентно высокий в то время для молодого русского художника гонорар получил Щукин за написание портрета Павла I: «6 тысяч рублей денег и орден Владимира 4‐й степени»[257].

Значительно дешевле стоили живописные копии. Например, Штелин в письме к графу Хольмеру в июле 1781 года писал о приобретении живописных портретов «трех первых особ империи», созданных шведским живописцем Дальманом по оригиналам кисти Рослина. По свидетельству Штелина, эти портреты, в свою очередь, «служили покойному господину Дальману как лучшие оригиналы, с которых он делал свои копии портретов Ее императорского величества за 100 рублей, их императорских высочеств — за 50 рублей каждый, или 200 рублей за все три, которые дочь помянутого живописца дала мне уговорить себя уступить за 100 рублей»[258]. Из переписки князя А. Б. Куракина с Рослином известно, что Александр Борисович заплатил художнику за оригинал своего портрета 300 рублей, тогда как за несколько копий с него — по 45 рублей[259].

Для сравнения, из объявлений в «Санктпетербургских ведомостях» можно составить представление о стоимости гравированных портретов. В 1760 году в книжной лавке Академии художеств можно было приобрести «гридорованные образа Святаго Митрополита Димитрия, новоявленнаго Ростовскаго Чудотворца каждой по 1 рублю»[260]. По наблюдению Столпянского, в 1763 году обороты этой книжной лавки были столь значительны, что в том же году в газете появилось объявление, содержавшее уже перечень эстампов:

Желающие покупать Эстампы и Гипсовыя фигуры, получить могут оныя в Императорской Академии Художеств и в деревянном Гостином дворе под № 55. Помянутые Эстампы и фигуры суть следующия: большой портрет Ее Величества Государыни Императрицы Елизаветы Петровны, градированный господином Шмитом по 5 рублей; портрет Ея ж Величества поясной г. Чемезовым 1 рубль; портрет Его Императорского Высочества Наследника Всероссийского благоверного Государя Цесаревича и Великаго Князя Павла Петровича 50 коп.; образ св. Димитрия Митрополита Ростовскаго новоявленнаго Чудотворца 50 к.; портрет Его Сиятельства Генерала Фельдмаршала Графа Петра Семеновича Салтыкова 50 коп. и многие разные, коим цена на тех эстампах написана[261].

В 1765 году там можно было приобрести

Перейти на страницу:

Все книги серии Очерки визуальности

Внутри картины. Статьи и диалоги о современном искусстве
Внутри картины. Статьи и диалоги о современном искусстве

Иосиф Бакштейн – один из самых известных участников современного художественного процесса, не только отечественного, но интернационального: организатор нескольких московских Биеннале, директор Института проблем современного искусства, куратор и художественный критик, один из тех, кто стоял у истоков концептуалистского движения. Книга, составленная из его текстов разных лет, написанных по разным поводам, а также фрагментов интервью, образует своего рода портрет-коллаж, где облик героя вырисовывается не просто на фоне той истории, которой он в высшей степени причастен, но и в известном смысле и средствами прокламируемых им художественных практик.

Иосиф Маркович Бакштейн , Иосиф Бакштейн

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Голос как культурный феномен
Голос как культурный феномен

Книга Оксаны Булгаковой «Голос как культурный феномен» посвящена анализу восприятия и культурного бытования голосов с середины XIX века до конца XX-го. Рассматривая различные аспекты голосовых практик (в оперном и драматическом театре, на политической сцене, в кинематографе и т. д.), а также исторические особенности восприятия, автор исследует динамику отношений между натуральным и искусственным (механическим, электрическим, электронным) голосом в культурах разных стран. Особенно подробно она останавливается на своеобразии русского понимания голоса. Оксана Булгакова – киновед, исследователь визуальной культуры, профессор Университета Иоганнеса Гутенберга в Майнце, автор вышедших в издательстве «Новое литературное обозрение» книг «Фабрика жестов» (2005), «Советский слухоглаз – фильм и его органы чувств» (2010).

Оксана Леонидовна Булгакова

Культурология
Короткая книга о Константине Сомове
Короткая книга о Константине Сомове

Книга посвящена замечательному художнику Константину Сомову (1869–1939). В начале XX века он входил в объединение «Мир искусства», провозгласившего приоритет эстетического начала, и являлся одним из самых ярких выразителей его коллективной стилистики, а после революции продолжал активно работать уже в эмиграции. Книга о нем, с одной стороны, не нарушает традиций распространенного жанра «жизнь в искусстве», с другой же, само искусство представлено здесь в качестве своеобразного психоаналитического инструмента, позволяющего реконструировать личность автора. В тексте рассмотрен не только «русский», но и «парижский» период творчества Сомова, обычно не попадающий в поле зрения исследователей.В начале XX века Константин Сомов (1869–1939) входил в объединение «Мир искусства» и являлся одним из самых ярких выразителей коллективной стилистики объединения, а после революции продолжал активно работать уже в эмиграции. Книга о нем, с одной стороны, не нарушает традиций распространенного жанра «жизнь в искусстве» (в последовательности глав соблюден хронологический и тематический принцип), с другой же, само искусство представлено здесь в качестве своеобразного психоаналитического инструмента, позволяющего с различных сторон реконструировать личность автора. В тексте рассмотрен не только «русский», но и «парижский» период творчества Сомова, обычно не попадающий в поле зрения исследователей.Серия «Очерки визуальности» задумана как серия «умных книг» на темы изобразительного искусства, каждая из которых предлагает новый концептуальный взгляд на известные обстоятельства.Тексты здесь не будут сопровождаться слишком обширным иллюстративным материалом: визуальность должна быть явлена через слово — через интерпретации и версии знакомых, порой, сюжетов.Столкновение методик, исследовательских стратегий, жанров и дискурсов призвано представить и поле самой культуры, и поле науки о ней в качестве единого сложноорганизованного пространства, а не в привычном виде плоскости со строго охраняемыми территориальными границами.

Галина Вадимовна Ельшевская

Культурология / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже