Поэзия народов СССР XIX – начала XX века

Мой бог, как было б хорошо не знать, какой нам жребий данКогда бы не было меня, познавшей горе и обман.Не знать, что нас с тобою ждет, каким огнем разлука жжет,Что страсть обоим принесет похмелья тягостный дурман.Я б не ослепла, дорогой, ты не стремился бы к другой,Не стал бы согнутой дугой мой, с кипарисом схожий, стан.Хочу, чтоб мне не довелось стирать росу горючих слез, —Им, став потоком, не пришлось впадать в соленый океан.Как хорошо не знать цветов, ни аромата, ни шипов,Не слышать вовсе соловьев в саду, что светом осиян.Как хорошо, чтоб я могла б не знать про Миср[205] и про КинапНе ведать, как Якуб[206] ослаб, страдая от незримых ран.Не знать грядущей жизни ход, сырых зинданов[207] мрачный сводНе видеть, как в пески уйдет, бренча, последний караван.Юсуфу, чья судьба тиха, чтоб не встречалась Зулейха[208],Не познавать вовек греха, которым век наш обуян.Жить не печалясь и стеня, а в озарении огня…Но это все не для меня, не для скорбящей Натаван.

РозаПеревод Т. Стрешневой

Ты восхитительно свежа, полна благоуханья, роза.Непостоянная душа, неверное созданье, роза.Шип в сердце соловья проник, певцом оставлен был цветник.Бутон не дрогнул, не поник, вновь будишь ты желанье, роза.Но осень подошла в свой срок, был сорван каждый лепесток.И соловей стерпеть не смог, узрев твое терзанье, роза.Не слезы на лице моем, кровь жарким вспыхнула огнем, —И ночью думаю и днем я о твоем пытанье, роза.Я все о розе расскажу, но нужных слов не нахожу.Цветок я строго не сужу, — ты боль и трепетанье, роза.Бутон мучительно алел, он всех разжалобить хотел.Творец, терпенью есть предел, за что твое страданье, роза?В томленьях смертных соловья мне участь видится твоя, —Себя с певцом соединя, обречена заране роза.Ты кровь, что хлынула из ран, восхода розовый туман,Цвети всегда для Натаван, дари свое сиянье, роза!

Не уходиПеревод Т. Стрешневой