Шли двое однажды по сельской дороге,Текла между ними беседа живая,Внезапно собака им бросилась в ноги,Неистово лая, рыча, завывая.Вторая и третья, сверкая клыками,Залаяли хором свирепо и дико;Один из прохожих схватился за камень,Другой удержал его: «Эй, погоди-ка!Зачем горячиться и гневаться, зная,Что псов замолчать не заставишь камнями?Пойдем потихоньку, не слушая лая,И скоро прискучит им гнаться за нами».И впрямь: прошагали сто сажен едва ли —Утихли бесчинство и бешенство эти,Когда же деревню они миновали,Собаки забились обратно в подклети.Когда ты спокоен и совесть в порядке,Не стоит с глупцом-сквернословом бороться,Дорогою верной иди без оглядки,А он покричит, порычит — и уймется.
Край возлюбленный, Литва,Вечно сердцу милый!Пусть вовек твои сыныНе растратят силы!Пусть о чести и добреСын не позабудет,Пусть послужит не себе —Родине и людям.Пусть скорей растает мрак,Брат обнимет брата,Утвердятся на векаСвобода и правда.Пусть любовь к родной землеНе покинет сына.Мать-Литва, цвети всегдаВольна и едина!
Вот замок тракайский[106] в дремоте, во мхах, Столетнею славой окутан;Его именитых властителей прах Истлел, и покоится тут он.Столетья несутся. Развалины спят.И все неизбежней, все глуше распад.Смущает ли ветер озерную гладь, Стихают ли сонные волны, —Крошатся размытые стены, и — глядь! — Срывается камень безмолвный.А замок темней и темней с каждым днем,И чуткое сердце горюет о нем.Но сколько столетий он прожил светло, Но скольких он рыцарей славил!Здесь Витаутас храбрый садился в седло И ратной дружиною правил.Где грозная слава минувших побед?Где наши преданья? — затерян их след.Вы, мертвые стены, вы, черные рвы, И вы, безоружные башни,Ответьте, о чем вспоминаете вы, Что снится вам в дреме всегдашней?Вернется ли прошлое иль навсегда,Как юность, исчезло оно без следа?Я часто у грустных развалин бродил. Слезами туманились очи.И сердце горело, пока я следил За шествием сумрачной ночи.И сердцу напрасно хотел я помочь:Вокруг расстилалась безмолвная ночь.