Понимая себя: взгляд психотерапевта

Слова, слова, слова? Что ж, попробуйте выполнить (для себя, только для себя) парочку простых тестов. Попытайтесь в течение одного дня посчитать, сколько раз вы обратились к ребенку с позитивными посланиями (Доброе утро. Я рад тебя видеть. Спасибо. У тебя это здорово получилось. И т. д.) и сколько с негативными (Ты проснешься наконец? Завтрак стынет, а ты еще грязный. Опять портфель не собран. Ты плохой – мне такой не нужен. И т. п.). Не сомневаюсь, что вы будете контролировать себя более обычного, но и при этом счет «позитивное – негативное» скорее всего будет 1: 5—10 в лучшем случае. Это был тест № 1.

Теперь тест № 2. Представьте себе, что каждый день по возвращении с работы вас встречает кто-то из членов семьи вопросом: «Ну как дела? Сколько ты сегодня заработал? Начальник тобой доволен сегодня? Ну, погоди! Вот придет… (мама, папа, бабушка, дедушка) – покажет тебе». И каждый следующий повторит тот же вопрос, и каждый поругает, а потом они сделают это все вместе, а то еще и вывесят на кухне (как это было с одним моим пациентом) «экран соревнования» с более успешным членом семьи, и на этот экран будут смотреть все в семье и гости… И так будет изо дня в день. Представили? А теперь скажите: через сколько дней вы по дороге домой купите или подберете что-нибудь поувесистее для ответного метания?

Сексуальная тема в рисунках здоровых детей. Мальчик 7 лет. Эйфелева башня

Обычно мы судим о своей любви к детям по намерению, по замыслу, а не по тому тексту наших слов и поведений, которые воспринимает ребенок. Текст же часто выглядит как устав строевой службы, невыполнение которого наказуемо. И там, где незыблемое армейское правило «Не умеешь – научим, не хочешь – заставим» (хорошо вести себя в детском саду и школе, не грубить бабушке, не сосать палец и проч., и проч.) не действует, может возникнуть мысль, что у ребенка что-то с психикой не так.

Самой яркой в моей памяти иллюстрацией этого остался 8-летний мальчик. Его родители – учителя во втором поколении. Он учится во втором классе. Учится хорошо… если бы вот не тройка по пению, повергающая в панику родителей и бабушек с дедушками. «Он упрямый, – говорят они, – ведь дома часто что-то напевает, и неплохо. А в школе – ни за что!» Второй год они всеми средствами пытаются уговорить, заставить, умолить его петь на уроках пения, чтобы исправить тройку. Зайдя в кабинет, мальчик сказал: «Я понимаю, что нужно петь хором. Тем более – у нас страна такая. Но я же не виноват, что люблю петь один!» (шел, если правильно помню, год 1977—1978-й).

Другая частая причина обращения – трудности в приспособлении к детскому саду или школе. К сожалению, эти заведения сегодня по различным причинам (учителей не хватает, зарплата у учителей смешная, классы переполнены, учебных пособий и учебников мало и не всем они по карману и т. д.) просто не могут подойти к каждому ребенку индивидуально. Это тяжело и для учителей, которые выгорают психологически на работе, и для детей, а вместе эти трудности замыкают порочный круг травмирующих отношений. Но взрослые редко вспоминают о том, что отношения – дело взаимное, а успех дела, как утверждают психологи, лишь на 10 % зависит от свойств участников отношений, а на остальные 90 % – от самих отношений.

Сексуальная тема в период обострения болезни. Девочка 6 лет

В том, что это так, убеждает, например, работа амбулаторного реабилитационного отделения на основе прикладных ремесел и искусств со школой, организованного объединением «Детская психиатрия» и Управлением народного образования; здесь даже не самые «легкие» дети учатся с удовольствием, и с программой справляются, и удивительные вещи своими руками делают.

Много лет уже Институт психотерапии и консультирования «Гармония» проводит в Петербурге и многих других местах России семинары по гуманистической педагогике; мы имеем возможность убедиться в том, как это меняет ситуацию в школе и помогает детям учиться с удовольствием. Поэтому детский психиатр всегда пытается разобраться и понять, с чем же он имеет дело: это проблема школы? ребенка? семьи? всех вместе?