Читаем Португалия. Полная история полностью

Мятежным генералом серьезно занялась политическая полиция. Завербованный ПИДЕ человек из окружения Делгаду убедил его приехать в приграничный с Португалией район Испании якобы для встречи с португальским полковником, готовым примкнуть к оппозиции и работать на свержение режима. В феврале 1965 года неподалеку от городка Оливенса 58-летний Делгаду был убит. Его тело обнаружили два месяца спустя на испанской территории. Салазар объяснил нации гибель бывшего кандидата в президенты склоками в стане оппозиции, но после свержения режима в убийстве сознались сотрудники ПИДЕ[289].

Делгаду действительно представлял опасность для Салазара. Он стал символом сопротивления, более того — предпринимал конкретные действия по подрыву Нового корпоративного государства. Редкие акции обходились без его руководства или хотя бы морального поощрения, а их после президентских выборов было немало.

В марте 1959 года группа офицеров, создавших подпольное Независимое военное движение, и гражданских, в том числе оппозиционно настроенных католиков, собиралась устроить государственный переворот в отместку за подтасовку результатов президентских выборов.

План сорвался, так как о заговоре стало известно ПИДЕ. 23 участника получили от трех до 22 месяцев тюрьмы, в основном — условно. Политической полиции удалось выявить лишь часть заговорщиков. Большинство членов Независимого военного движения остались на свободе и в дальнейшем принимали участие в других акциях оппозиции[290].

В апреле 1961 года государственный переворот затевала уже группа высших офицеров во главе с министром обороны Жулиу Ботелью-Монишем. В круг заговорщиков входили бывший президент Кравейру Лопеш, министр сухопутных сил и его заместитель, военный комендант Лиссабона. О своих намерениях они заранее проинформировали США.

Замыслы не воплотились в жизнь из-за решительных действий заместителя министра авиации генерала Каулзы де Арриаги. Он немедленно сообщил о приготовлениях президенту и премьеру, привел в состояние боевой готовности военно-воздушные силы, перебросил в столицу десантников. Большинство заговорщиков, испугавшись гражданской войны, сочли за лучшее отступиться от своих планов[291].

В ночь на 1 января 1962 года группа оппозиционеров, в которую входили офицеры из Независимого военного движения, предприняла попытку захватить казармы пехотного полка, расквартированного в южном городе Бежа. Предполагалось, что мятежники, заперев личный состав в казармах, овладеют оружием и провозгласят создание революционного правительства во главе с Умберту Делгаду, который накануне тайно пробрался в страну. Расчет строился на том, что население юга поддержит мятеж, а затем в руки восставших перейдет власть в столице и на севере.

События, однако, пошли по неожиданному сценарию. Майор, остававшийся в ту ночь за командира полка, не дал себя арестовать. Он тяжело ранил одного из руководителей мятежников и обратил остальных в бегство. Воспользовавшись паникой, майор по телефону доложил о случившемся командованию, а затем занял круговую оборону и отстреливался до подхода подкреплений[292].

Каждый из заговоров имел шансы на успех. Так, в 1959 году в ночь, на которую был запланирован переворот, правительство во главе с Салазаром укрылось в казарме Национальной республиканской гвардии, чтобы обезопасить себя от случайностей. Много лет спустя выяснилось, что расквартированное там формирование тоже участвовало в Независимом военном движении. Гвардейцы не арестовали оказавшихся в их руках министров, так как не получили соответствующего приказа от своего руководства, опасавшегося кровопролития и братоубийственной войны[293].

Самым громким деянием оппозиции, получившим широкое освещение в средствах массовой информации всех стран и имевшим далеко идущие последствия, стал первый в истории масштабный политический теракт, получивший название «Операция Дулсинеа». Его организатором был Энрике Галвау — соратник Умберту Делгаду. Как и экс-кандидат в президенты, он, оставаясь антикоммунистом, прошел путь от поклонника Салазара до его непримиримого противника.

В армии Галвау дослужился только до капитана, но в стране был известен как политический деятель, изобретательный пропагандист, плодовитый журналист, писатель и драматург. Галвау занимал посты директора национального радио, губернатора ангольской провинции Уила, депутата парламента. В 1934 году он организовал Первую колониальную выставку в Порту, придумал популярный плакат «Португалия — страна немаленькая!». На нем карта метрополии и колоний была наложена на карты Европы и США. Получалось, что Португальская империя по площади не так уж сильно отличается от Америки и превосходит Великобританию, Германию, Испанию и Францию, вместе взятые.

Перейти на страницу:

Все книги серии История на пальцах

Средневековье. Полная история эпохи
Средневековье. Полная история эпохи

Средневековье. Самая спорная и противоречивая эпоха в истории человечества. Одни воспринимают ее как времена прекрасных дам и благородных рыцарей, менестрелей и скоморохов, когда ломались копья, шумели пиры, пелись серенады и звучали проповеди. Для других же Средневековье — это время фанатиков и палачей, костров инквизиции, вонючих городов, эпидемий, жестоких обычаев, антисанитарии, всеобщей темноты и дикости.Неужели правда, что рыцари и вообще люди в Средние века были маленького роста — не выше полутора метров, а те, кто достигал нынешних средних 175 см считались чуть ли не гигантами? И в Средневековье на самом деле никто кроме монахов не умел читать и писать, мылись всего два раза в жизни — после рождения и перед смертью, жутко воняли и кишели блохами? И меч весил 20 кг, а доспехи все 100, поэтому рыцаря поднимали на коня с помощью лебедки, и в туалет ему ходить приходилось прямо в доспехи, потому что их было просто не снять?Новая книга серии «История на пальцах» поможет разобраться, что к чему.

Кэтрин Грей

История / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное