Повседневные психические расстройства. Самодиагностика и самопомощь

На втором этапе аналитик помогает пациенту обнаружить самого себя со своими мыслями, чувствами, мнением, телесными проявлениями, чертами характера и желаниями. В основном это происходит за счет вопросов, обратной связи и видения аналитиком своего пациента («Вы сейчас грустите, вы устали, вы обычно злитесь, когда такое происходит, я сказал это – и вам захотелось поправить на себе рубашку, почему?»), а также за счет обращения внимания на то, когда и какими способами пациент себя игнорирует или сливается с фигурой своего аналитика. Постепенно возникает первичный портанс, первое ощущение собственного существования. Сепарация помогает испытать радость и целостность от факта принадлежащей себе жизни.

На третьем этапе аналитик и его пациент работают над переносимостью чередования любви и ненависти в этих отношениях, близости и отдаленности (например, когда аналитик в отпуске), неприязни и тяги. Признание яростных, неприязненных чувств к аналитику помогает тому сделать более доступными для пациента такие же чувства, обращенные к родителям, и позволить им обрести свою динамику и прийти к проживанию боли от утраты.

На четвертом этапе эта боль проживается и становится принятием и признанием родителя как позитивного объекта. Это не значит, что родитель (или аналитик) получает отпущение грехов. «Позитивный объект» означает смену чувств своего носителя, когда на место ярости и отвержения приходит любовь, или благодарность, или спокойное принятие, или печаль. «Я его ненавижу, он подонок, он бросил меня и мою мать, я желаю ему смерти» – это плохой объект. «Мне жаль, что у него не хватило смелости остаться, жалко, что он не хотел строить семью» – это хороший объект, даже если человек плохой. Также и аналитик может быть «плохим» аналитиком (неидеальным, забывающим что-то важное, пропускающим встречи, уходящим в отпуск, ошибающимся, не самым умным, смертным), но хорошим объектом (вызывающим привязанность и признательность, объектом, свою похожесть на которых или потребность которого можно принять).

За счет последовательного движения по этим этапам человек получает доступ к своей непрожитой скорби и к своим защитам от нее, постепенно возвращая себе способность выносить разнообразные чувства, возникающие к другому человеку, и строить с ним отношения.

Гуманистическая психотерапия

Такой же ориентацией на «здесь и сейчас» широко пользуется гуманистически ориентированная психотерапия. Тревожные расстройства рассматриваются гуманистами в трех направлениях: как проекции, как побочный эффект от подавленных чувств и потребностей и как симптомы, то есть болезненные образования, служащие целой системе коммуникативных целей (эти коммуникации могут быть при этом направлены на одного человека, на семью, на всех людей сразу и даже на самого себя). Исследования в этих трех направлениях осуществляются за счет наблюдений за реакциями клиента, его телом, подбором слов, интонациями, в целом поведением внутри сессии и вовне сессий. Увязывание событий в последовательности, с тем чтобы видеть смысл и логику в происходящем, помощь в том, чтобы обнаружить скрытые от самого себя чувства, обучение иным способам коммуникации составляет основное содержание такой работы.

Предположение о проекциях особенно обосновано в случае фобий. То, что человек отвергает в самом себе, становится внешним источником страха: подавленная агрессивность становится страхом собак или пауков, подавленная потребность в свободе – страхом полетов, подавленная сексуальность – страхом заразиться венерическим заболеванием. Одной из самых тяжелых и для жизни, и для терапии фобий является боязнь микробов, или мизофобия.