Повседневные психические расстройства. Самодиагностика и самопомощь

Нарциссические травмы не всегда наносятся нарциссическими родителями, хотя в последнем случае такие травмы яркие, сильные и живучие. Софи, которую назвали необычным именем в угоду гордости нарциссического папы, до сих пор (до своих сорока лет) испытывает сильную боль от того, что не стала знаменитым художником и ее картины не выставляются на мировых выставках. Папа назвал ее звучным именем для того, чтобы она прославилась, а она работает продавцом в магазине электротоваров. Софи при этом очень талантлива и художественно, и интеллектуально: она рисует, лепит, шьет и вяжет, а еще программирует, изучает физику, интересуется философскими проблемами – но все это делает недостаточно хорошо для того, чтобы позволить себе строить на этом свою карьеру. В какой-то момент ее жизни она читала лекции в университете Бельгии, но не справилась с нагрузкой, поскольку постоянно и болезненно чувствовала себя недотягивающей до этого места, и ушла. Высококвалифицированная работа, соответствующая ее компетенциям, представляется ей клубком змей размером с дом, перед которым она бессильна. Слишком много напряжения, слишком много ей нужно сделать, чтобы позволить себе такую работу. Продавая лампочки, выгуливая собак, отливая свечи или вообще не работая и находясь на попечении своего мужа или своей мамы, она хотя бы избавлена от груза родительских ожиданий, поскольку уже полностью разочаровала отца и чувствует себя сброшенной со счетов и потому свободной.

Другой пример: в случае с поколением середины и второй половины 80-х годов для русскоязычной истории психических травм довольно типично родительское требование «ты не должен доставлять проблем». Развал Советского Союза, полная перестройка экономики, голод, страх, бандитизм и лишения, которые были повседневной жизнью в России 90-х, не дали людям, которые были в это время взрослыми, уделить достаточно внимания своим детям – более того, заставили явно или неявно сообщить им: «Мне сейчас не до тебя» и «Хотя бы у тебя все должно быть хорошо». Это специфическое поколение людей, привыкших обо всем заботиться, притом что сами о себе они заботиться не очень умеют. Раиса, например, очень долго скрывает от своих близких пищевое расстройство, проблемы с деньгами, ссоры с подругами, свою нужду во внимании и депрессию, поскольку считает, что у каждого из ее близких достаточно проблем и без этого. Ей стыдно говорить о чем-то неидеальном в своей жизни, но это не чисто нарциссическое «я должен быть безупречным», а скорее депрессивное «я такой неудачник, поскольку даже не могу защитить близких от собственных проблем, которые я должен решать самостоятельно». Это тоже ущербное Эго: себя с булимией, ссорами, неудачами и депрессиями Раиса не видит и потому не может показать другим. Опыт того, как именно можно быть рядом с другими людьми, если у тебя есть проблемы, ей недоступен.