Повседневные психические расстройства. Самодиагностика и самопомощь

«Я боюсь Егора. Он был наркоман, он меня бил, я еле сбежала от него и до сих пор боюсь, что он найдет меня и убьет», – говорит Алина. Это еще не рассказ о травме: она ничего не чувствует, когда говорит это, она лишь излагает факты. Когда терапевт задает ей дополнительные вопросы – она начинает глубоко дышать и дрожать, но долгое время останавливает себя при таких приливах, берет себя в руки. Это тоже важно: каждый раз она получает опыт того, что сможет остановиться, если что-то будет ей не по силам, что она сможет затормозить, если переживания будут топить ее своей огромностью. Потом постепенно рассказывает о расставании: как она выбегала из квартиры зимой, когда он ушел в магазин и забыл закрыть дверь на ключ, как пряталась от него в подъезде, пока он в ярости искал ее на площадке и на улице, как приехала ее сестра с другом и как она тенью мимо разъяренного неадекватного (и огромного – Егор весил сто восемьдесят килограммов) смогла выскользнуть на улицу и попасть к ним в машину. Рассказывает, как через несколько дней он явился в ресторан, где проходил день рождения ее подруги, затеял драку, украл ее сумку со всеми документами и телефоном, растратил в тот же день ее банковские карты и кредитки из мести и шантажа, и она обратилась в полицию, и дело дошло до суда, а на суде он утверждал, что с кредиток он снял ее долг себе, и его мать и сестра это подтвердили. Рассказывает, как провалилась более ранняя попытка бегства, когда ее на машине увозила подруга, а Егор преследовал их по улицам города, создавал аварийные ситуации, и подруга остановилась и сказала Алине, что она не готова рисковать своей жизнью и Алине придется выйти. Она рассказывает это все, и в ней поднимается страх, а потом гнев, а потом боль, и благодарность, и обида, и недоумение, и растерянность, и все нормальные живые чувства.

Очень долго она не рассказывает о том, что же происходило внутри этой квартиры за закрытыми дверями. Много раз пытается, но как будто не помнит. Сообщает факты, и тело ее дрожит, и она ощущает тошноту, но чувств как будто не испытывает. Тогда терапевт просит: возьми меня туда, давай я буду там с тобой, опиши мне эту квартиру так, словно я там и вижу твоими глазами, слышу твоими ушами, ощущаю твоими руками. И через детали (и с присутствием в этой квартире кого-то третьего, свидетеля, который может как-то откликнуться на происходящее, назвать это словами и отразить своими чувствами) возвращаются воспоминания, и Алина с терапевтом живут в этих воспоминаниях несколько встреч, а потом воспоминания заканчиваются, а чувства изменяются. «Я рассказала все, – говорит Алина. – Я его больше не боюсь. И я больше никогда не попаду в такую ситуацию».

К тому времени Алина ходит на терапию четыре года. Тема Егора и этих отношений возникает через сорок месяцев ее работы.