Повседневные психические расстройства. Самодиагностика и самопомощь

Когда Лизиному сыну исполнился год, она начала испытывать приступы страха в связи с его безопасностью. Сначала это казалось ей обычным беспокойством и заботой, но эти приступы страха быстро стали неадекватными: из желания надеть дополнительную кофточку в прохладный день они превратились сначала в заполнение аптечки всеми возможными препаратами, чтобы были под рукой (среди них есть, например, ампулы инсулина), а потом в подозрения, что она бессознательно насыпала сыну в кашу стекла, чтобы убить его. На этом этапе она наконец рассказала об этих приступах своему терапевту (которого к тому времени давно знала и с которым регулярно, с небольшими перерывами, работала два года). Ощущение угрозы, которое мучило ее все больше и проецировалось то на холод, то на болезнь, то на нее саму, было вторжением. В родах у Лизы что-то пошло не так, и посередине родовой деятельности ее усыпили. Она пришла в себя ночью, в реанимации, одна. У медсестры, которая пришла к ней, Лиза спросила, что с ней и что с ее ребенком? Медсестра (по какой-то лично мне до сих пор непонятной причине) ответила: ждите утра, утром придет доктор, он все скажет. И ушла. До утра Лиза была уверена, что ее ребенок мертв. Утром пришел доктор и сказал, что «все в порядке, у вас крупный и здоровый малыш, роды прошли хорошо, вы тоже в порядке», а потом ей принесли сына и она удостоверилась в его безопасности.

Травма той первой ночи прождала год, в который Лиза была заполнена своими новыми чувствами и опытом, и начала возвращаться через несколько недель после возвращения ее к терапии. Когда стало понятно, что именно происходит, Лиза и ее терапевт воссоздали в кабинете терапевта ту палату: закрыли шторы, открыли окна, чтобы стало холодно, и Лиза легла, закрыла глаза и попыталась вспомнить ощущения, с которыми она пришла в себя. Боль тела вспоминается хорошо, как и тошнота отходящего наркоза, и растерянность, и единственная мысль в голове: что с моим ребенком??? И тогда ее терапевт взял ее за руку и сказал: «С твоим сыном все прекрасно, и с тобой все прекрасно. Ты справилась. Сейчас ты находишься в реанимации, но утром тебя переведут в обычную палату и ты увидишь сына. О нем заботятся. А сейчас отдыхай». И Лиза задрожала и заплакала от этих слов, ощущая, как внутри расслабляется комок тревоги, а потом закрыла глаза и несколько минут дремала, отдыхая от тяжелой работы (той, давней, работы родов и той, терапевтической, которая произошла только что). Когда она открыла глаза, приступы страха больше не возвращались.