Повседневные психические расстройства. Самодиагностика и самопомощь

Нарратив отличается от первых рассказов о травме тем, что его задача – не поднимать чувства, которые нужно прожить, а упорядочивать личный опыт и придавать личные смыслы.

Одновременно с тем, что образ самого себя в нарративе становится более зрелым, сложным, многосоставным, но все же цельным и непротиворечивым, сама история так же усложняется и становится историей о развитии, историей о стойкости, историей о силе (вместо историй о разводе, детских побоях или потерянной любви). В таком виде опыт будет давать ресурс для дальнейшей жизни, а не забирать его. Собственно, только это и имеет значение: помогает человек себе жить дальше или мешает? Создает он поддерживающие истории или разрушительные? Питают ли его истории или истощают, обнаруживают ли они лучшие качества или служат работе унижения, обесценивания и вины? Качество смыслов нарратива важнее, чем его событийная достоверность, хотя, безусловно, он должен быть реалистичным, а не созданным в фантазиях. Скорее, здесь идет речь об оправданности допущений: «Мой отец перед смертью, должно быть, сожалел о произошедшем, поскольку искал со мной контактов», «Она всегда сможет вспоминать меня тепло, поскольку я дал ей много добра, и это поможет ей в жизни», «Он бил меня потому, что его самого били в его семье, и потому он вымещал злость из бессилия и зависти ко мне и моей благополучной жизни».